Однако Алану, похоже, было не до шуток и он, моментально отскочил от меня и принялся убирать оставшуюся посуду со стола, бормоча что-то себе под нос. Но меня уже было не остановить, безнаказанность ударила мне в голову, и я желала продолжения концерта. Хотя мне стоило задуматься над тем, что мы с ним довольно долго встречаемся, и желания мне изменить он не проявлял (как я поняла с этим у них вообще напряжёнка), а если учитывать его некоторую звериную сущность и повышенный весенний гормональный фон… Короче, умнее надо быть.
Стянув с себя водолазку, я осталась лишь в тоненькой белой маечке, которая не очень-то скрывала розовый бюстгальтер в цветочек.
– Ну что, у меня хорошо, получается? – спросила я, кинув в его спину водолазкой.
Зря я это сделала…, ох зря. Он моментально развернулся и, схватив водолазку на лету, поднёс её к лицу и вдохнул запах, и горящими глазами посмотрел на меня. И только тут я поняла, что шутки кончились, и страх тисками сжал моё сердце. В принципе, подобная реакция с моей стороны и правда была странной, ведь я его люблю и скоро выйду за него замуж, но как только речь заходит о близости меня будто подменяют, и мне хочется бежать от него со всех ног. Но его взгляд буквально пригвоздил меня к месту, и еле дыша, я ждала… его нападения. Стоп, нападения?! Я его воспринимаю не как мужчину, а как хищника, я жду… смерти?! Раскрытие причины моего страха было столь неожиданным, что я стояла, будто громом поражённая и не заметила, как он приблизился ко мне.
Очнулась я лишь, когда его рука коснулась моей щеки, и от неожиданности я вздрогнула и подняла на него глаза. С удивлением я не увидела в них ни капли страсти, а лишь нежность и заботу.
– Прости, что снова напугал тебя, – грустно сказал Алан, – заправляя за моё ухо выбившуюся прядь.
– Нет, это я во всём виновата. Тебе и так тяжело, а я решила подлить масла в огонь… От стыда и пережитого страха, я вновь опустила глаза.
– Но я бы не сделал тебе ничего плохого, в этом можешь быть уверенна, не надо бояться. А то у меня уже начинают возникать некоторые опасения по поводу нашей брачной ночи, – тепло улыбнулся Алан, приподнимая мою голову за подбородок, вынуждая меня вновь посмотреть ему в лицо.
Однако улыбнуться ему в ответ я не смогла, потому что понимала, что мне надо будет серьёзно поработать над собой, чтобы престать его боятся.
– Ты, правда, думаешь, что я могу тебе навредить… – с тревогой в голосе тихо пробормотал Алан.
– Не знаю,… понимаешь всё так сложно, что я запуталась… Моё тело на инстинктах воспринимает тебя как опасного хищника, и я пока не знаю как с этим справиться. – Плечи мои поникли.
– М-да…вампирам проще, их природа такова, что они притягивают своих жертв, мы же не питаемся людьми, и подобный механизм притяжения у нас отсутствует, поэтому ты так и реагируешь. Но, обещаю, потом этого не будет, ты привыкнешь, да и я не буду так напряжён…
– Да? А почему же тогда у Марты с этим нет никаких проблем? И от Тима она не шарахается, как я от тебя? Мне вообще, порой, кажется, что часть её мозга просто отключилась.
– Ну, люди разные и эшры разные. Индивидуальную реакцию нельзя заранее просчитать, – пустился в пространные объяснения Алан. – В их случае влюблённость очень яркая и сильная, мне кажется, что и между людьми это не редкость. А у нас с тобой всё несколько иначе, возможно это связанно с темпераментом.
– Может ты и прав. Пожалуй, я пойду спать, чтобы больше тебя не смущать, – решила ретироваться я, пока ещё что-нибудь не случилось. Как в воду глядела.
Я уже была у двери в комнату, когда он прижал меня к себе и зарылся лицом в мои волосы. Табун мурашек пробежал по моему телу, и меня стало немного потряхивать. Затем, он провёл губами по моей шее, и я в очередной раз стала убеждать себя в том, что от него укусов ждать не стоит, но вместе с удовольствием по телу продолжал разливаться страх. И я была практически уверенна, что он его чувствует.
Задумавшись, я не заметила, как его руки уже скользнули ко мне под майку и во всю там хозяйничают! Но возмутиться я не успела, голова стала плохо соображать и выразить свою мысль связно у меня никак не получалось.
Неожиданно он развернул меня лицом к себе и стал страстно целовать. Теперь я при всём желании не могла и пикнуть, не то, что возразить. К тому же я отметила, что он уже без рубашки! И когда только успел? Тем временем его поцелуи стали слишком откровенными, впрочем, как и его манипуляции с моим телом. Да, что же он делает! Сохранив немного здравого рассудка, я попыталась его остановить, но не тут-то было, его сознание похоже временно отключилось. И чем больше я вырывалась, тем более требовательным он становился.
