Но с Машкой… Лютый был уверен, что с Машкой он бы всю ночь не спал, как это уже было. Не спал бы даже тогда, когда она, разомлевшая и уставшая, давно уже спала…
Сейчас Лютый целовал сладкие губы Маши, на вкус они были как ликерная вишня, потому что его лихорадило и пьянило.
Заводило дико лишь от поцелуя!
Подумать о большем, и он бы точно не смог сдержаться.
И не хотелось.
Он углубил поцелуй и в тот же миг Маша коротко царапнула его шею, взметнулась пальцами вверх и стала гладить короткий ежик волос на затылке.
Маша лишь притворялась, что не помнила ничего и не хотела.
Она отвечала на поцелуй страстно, забывшись, и ее ответ окончательно затуманил Лютому разум.
Такая маленькая и упрямая, кажущаяся почти девчонкой, со стойким намерением разыграть перед ним невинность и недоумение…
Маша могла твердо стоять на том, что ее ничуть не волнует их близость, а могла расплыться и стать горячим, податливым воском в его руках, как сейчас.
Именно непредсказуемость этой девушки и будоражила Лютого больше всего.
На протяжении некоторого времени их то притягивало другу к другу, то отталкивало. Он сам себя от Маши отталкивал, напирая на свои принципы и подозрения, желал абстрагироваться и довольствоваться лишь тем, что Маша подарит ему желанного ребёнка.
Двух детей, поправил себя мысленно.
Уже стало ясно, что Маша вынашивает двух малышей вместо одного.
Лютый так долго желал завести наследника, что кто-то свыше решил вдвойне вознаградить его за пыл и терпение.
За одно лишь это в его крови бурлило желание зацеловать Машку — всю, от кончиков волос до кончиков пальцев, а после залюбить так, чтобы и имя свое с трудом вспомнила!
Сейчас он вложил в поцелуй всю страсть, которая его пожирала с момента знакомства с этой девушкой. Его руки сами сползли вниз и начали скользить по стройному телу через тонкую ткань футболки.
Лютый наслаждался мягким, согревающим теплом кожи Маши. Он очертил пальцами все изгибы её тела и вновь опустил ладони на бедра, поддерживая Машу на весу.
В ответ она задрожала и прижалась к Лютому теснее.
Ничего здравого в их жадных поцелуях не было и остатки каких-то мыслей таяли катастрофически быстро, не выдерживая напора страсти.
Легким движением Лютый припечатал ее разгоряченное тело к своему. Так тесно, что Маша практически слилась с ним, волнуя близостью. Руслан прекрасно понимал, что остановиться самому ему будет не под силу.
Его ладони путешествовали вверх и вниз по телу девушки, осуществляя все тайные желания. От вседозволенности сносило крышу и не получалось долго задержаться на одном месте. Ему хотелось больше и больше, прямо сейчас, пока есть такая возможность!
В ответ движениям Лютого руки Маши тоже дрогнули и переместились, вниз, блуждая по широким плечам, изучая рельефные мышцы.
Кажется, ей тоже не терпелось почувствовать всю силу и мощь его тела и рук, его желание…
Лютый прикусил ее нижнюю губу, после чего стал спускаться к шее, по пути оставляя красные следы от легкой щетины и страстных поцелуев.
Руки Лютого крепко-накрепко стиснулись на талии, Маша запрокинула голову и издала звук удовольствия, который сладким эхом отозвался в его голове.
Лютый выругался и опустил пальцы, быстро справился с застежкой и молнией на одежде Маши. В последний миг он замер, тяжело дыша, посмотрел в глаза девушки и не увидел в них ничего, кроме жажды.
— Ты очень красивая, — запустил пальцы в тёмные волосы, растрепав прическу.
Маша в ответ сама прильнула к его губам, очертив их кончиком сладкого, бойкого язычка. Это стало своего рода сигналом, и на этом все разумные мысли отключились совершенно.
Не имело значения ничего — ни место, ни время…
Руслан испытывал истинное наслаждение от того, какой отзывчивой и жадной, и одновременно с этим ласковой и горячей была Маша.
Сладкая…
На миг Лютый замер, чтобы ощутить — не померещилась ли ему ответная жажда, а то, мало ли, вдруг он увлекся настолько, что чувствовал и замечал лишь то, что желал.
Но… он не ошибся.
Маша едва слышно прошептала его имя, умоляя не останавливаться, и сама двигалась навстречу. Звуки ее удовольствия были нежными и очень искренними. Девушка поразила его, сражая наповал горячими поцелуями и вызывая новый виток желания, от которого их обоих снова подхватило и унесло, не оставив ни одной разумной мысли.
Только обжигающее, слепящее удовольствие.
Одно на двоих.
— Машка, Машенька… Ты такая, что в гроб меня сведешь, — прошептал хрипло в волосы Маши, немного влажные у самого виска.
Он продолжал держать девушку и кайфовал от того, что и после финала до сих пор было хорошо, по крови гулял чистый экстаз, как наркотик.
В этот миг, когда они оба не могли шевельнуть и мизинцем, автомобиль Лютого сотрясло сильным ударом…
Лютый и Маша замерли, не дыша.
Первой мыслью Лютого было, что на них напали, он крепче перехватил Машу, будучи готовым защитить ее от всего. Автоматически он ссадил девушку с колен на соседнее кресло и пригнул голову Маши к низу, резким отточенным жестом доставая пистолет левой рукой.
Лютый хищно огляделся по сторонам и через миг выматерился вслух.
