В ответ супруга Лютого, которую он про себя уже начал именовать «бывшая жена» горько разрыдалась. По всей видимости, порядки в семье Сулимова были даже строже, чем предполагал Лютый.
— Ты не понимаешь! Я же всего лишь крутилась, как могла! — завыла Динара. — Прояви хоть каплю сочувствия к беременной женщине…
Ещё неизвестно, врёт ли гадина о беременности или нет. Ведь в машине Динара хотела устроить аварию и могла пострадать при этом сама. У Руслана в голове не укладывалось, как, зная о предполагаемой беременности, можно было пойти на такой опрометчивый шаг?! Это находилось за гранью понимания Лютого.
Важно было другое, ровно как и всегда, сейчас Динара снова лишь о себе переживала и больше ни о чём другом не думала. Умоляя Лютого проявить сочувствие, та же самая женщина немногим ранее отдала приказ Артуру гнусно подставить Машу, неизвестно, чем бы всё кончилось. Тот незавершенный удар в живот мог стать роковым…
— Умоляю. Пожалей меня!
Руслан отрицательно покачал головой. Лютый не мог найти в себе хоть каплю сочувствия к Динаре, когда столько грязи и лжи на свет вылезло. У неё была возможность не запутываться в навязанном браке, не нырять глубоко, но Динара её отвергла, решив и дальше изворачиваться. Она просила о сострадании, но сама была напрочь лишена этого чувства. Лютый был уверен в глубине души, что если бы Динаре представилась возможность избавиться от Маши своими руками, без свидетелей, без возможности поплатиться за содеянное, Динара непременно сделала бы это.
Хладнокровно. Рассчётливо, с вежливой, угодливой улыбкой.
До самого последнего момента она надеялась вывернуться из этого капкана, но теперь всё было кончено для семейства Сулимовых.
Руслан направился твёрдым шагом в сторону выхода, и в его спину донесся всхлип Динары:
— Ты так и не понял, да?! Отец всегда доводит начатое до конца. Всегда! Может быть, твои люди ему лапшу навешали о моем местонахождении! Может и так, да! Однако отец не сдастся, он действует согласно своему плану. И пока ты здесь со мной беседуешь, смакуя победу, подумай, что вкус твоей победы может оказаться горьким!
Руслан подлетел к Динаре быстрее смерча, впился пальцами в глотку, одним рывком поднимая с пола.
— Говори. Что ты имеешь в виду?!
— Понятия не имею! — захрипела Динара. — Но отец собирался сделать все так, чтобы наш брак сохранился. В любом случае. Значит, от кого-то следует избавиться… Может, пока ты со мной время тратишь, той безродной шавке, что от тебя двойню понесла, делают укол, после которого можно сказать «прощай» твоим великим планам на потомство!
Последние слова Динары Лютый услышал лишь краем уха. Он стремительно вышел, а слова Динары донеслись эхом в дверь, громыхнувшую за его спиной.
Вечерний обход медперсонала в клинике произошел немного позднее, чем обычно. О причинах задержки мне никто не сообщил. Я лишь заметила, что человек, приставленный отцом Руслана, пристальнее обыкновенного наблюдал за тем, как мне ставили уколы и едва ли обнюхал каждый препарат. Мужчина со строгим, непроницаемым лицом выполнял предписания Мурада Османовича с видом механической машины, но всё же был предельно вежлив со мной.
— Стакан замените! — холодно проронил мужчина, заметив, что медсестра внесла в палату на подносе с препаратами и прозрачный, высокий стакан, уже наполненный водой.
— Вода для того, чтобы запить таблетки, — нервничая, улыбнулась медсестра.
— Я выразился предельно ясно и на русском языке. Стоит поговорить с вами на другом языке? На языке силы? — негромко поинтересовался мужчина.
Медсестра застыла, словно каменное изваяние. Мужчина отставил стакан в сторону, сел в кресло, достав телефон. Коротко объяснившись с кем-то, он метнул пристальный взгляд в сторону медсестры.
— Ты новенькая? Прежде я тебя среди персонала не видел.
— Нет-нет, я в клинике уже не первый год работаю, просто к другому врачу всегда была приставлена…
— И что же изменилось?
— Меня попросили заменить девушку, которая внезапно потребовалось уйти домой, там что-то с родителями случилось, с сердцем плохо стало. Я лишь принесла всё, что уже было приготовлено…
— Приготовлено, — мрачно повторил мужчина. — Выйдем, расскажешь, кем и что было приготовлено.
— В чём дело? Я не понимаю… — пролепетала медсестра. — Я что-то сделала не так?
— Это мы как раз и выясним!
Мужчина покинул палату на некоторое время. Вернулся он с новой, запечатанной бутылкой воды и наполнил чистый бокал водой.
— Что-то случилось? Мне грозит опасность? — поинтересовалась я.
— Нет, всё в полном порядке. Это простые меры предосторожности. Меня не предупредили, что сегодня персонал сменится, я лишь перестраховался. Спокойной ночи. Извините за беспокойство…
Перед сном я позвонила отцу Лютого, с которым сейчас находился Тимофей, поболтала немного с племянником, чутко прислушиваясь к голосу мальчишки. Мне хотелось быть уверенной, что Тим не испытывает дискомфорта. Но кажется, всё было в полном порядке. Племянник был доволен, рассказал, что дед Мурад водил его на аттракционы в городском парке.
