– Да, мне тоже кажется, раз одевается так странно, то и не стоит так сильно красить глаза. Хотя… Если она так делает, то, наверное, они у неё такие маленькие, невыразительные, что ей приходится прибегать к самым нелепым приёмам. – И не в силах сдержать своё любопытство, подогретое ощущением победы, фаворитка задала свой самый насущный вопрос: – Вы, наверное, общались с ней по делу, мой реджи?
– Ммм? – Дамиан ответил задумчиво, продолжая поглаживать гладкую тёплую девичью ножку. Он понял, что его о чём-то спросили, но сути не уловил. Лали смотрела на него, приподняв брови, – она явно ждала ответа. Повторила:
– Вы, наверное, с ней и послами сейчас общались?
– А, нет, – немного обрадовавшись подсказке, ответил принц. – Я был у старого друга.
Лали округлила глаза. Это княжна – старый друг? Это, верно, шутка! Но какая злая шутка, даже оскорбительная – одной любовнице говорить про другую, да ещё называть её старым другом! А принц вдруг сообразил, что его сейчас, как маленького и неопытного мальчишку, обвели вокруг пальца, используя его задумчивость и расслабленность, попытались вызнать важную информацию.
Он мгновенно разозлился, ощутив, что уже давно раздражён и раздражается всё сильнее от этой женской болтовни, от этой гладкой, почти скользкой, прохладной, а не тёплой кожи под рукой.
Он нахмурился, пытаясь разобраться в этих странных ощущениях, передвинул ладонь на тонкую спину, и понял – пожалуй, это она его раздражает, мешает думать. И строго пресёк все попытки фаворитки заговорить снова:
– Помолчи, жен-щин-на!
Последнее слово он проговорил от злости по слогам. Но в результате прислушался сам и замер.
Фраза из сна, и ощущение… Ощущение совсем другое, не то! Не та спина, не тот запах, не та женщина! Вот что его так раздражало: не та…
Не та!
Он резко встал, отошёл к окну. Сердце почему-то гулко стучало. Эта глупенькая девчонка не виновата, что глупа, что не та, но справиться со своим раздражением Дамиан не смог. Разворачиваясь к кровати, сказал:
– Детка, поди к себе, – и увидев вдруг наполнившиеся слезами глаза фаворитки, чуть смягчил свои слова, добавляя: – Мне подумать нужно. В тишине. Очень сложная ситуация.
Он смотрел, как любовница, с такой тоненькой, едва переставшей быть детской фигуркой, одевается, пытаясь казаться изящной. Смотрел и думал, что ещё недавно это тело, такое гладкое, без единого волоска, чем Лали гордилась вслух, так привлекало его, не оставляя равнодушным. А сейчас…
Когда девушка вышла, на прощанье бросив на него взгляд, зовущий и полный удивления, он выдохнул облегчённо. Растворил во всю ширину окно, чтобы дух в спальне поменять, и вызвал служанку, потребовав сменить постель.
Тихий вечер за окном, свежий воздух, чистая, пахнущая горячим утюгом постель успокоили его. Он привёл мысли в порядок, и хотя хотелось куда-то бежать и что-то делать, в душе наконец появилась уверенность, что завтра он сможет все таки поговорить с принцессой Тойво и, возможно, решить вопрос с помолвкой в свою пользу.
Глава 14. Бал. Соперницы
Следующее утро началось немного неожиданно. В приёмной принца ждала Лали. Она была бледна, с синяками под глазами, без косметики, со скромным пучком на затылке вместо крупных локонов и в закрытом тёмном платье. Дамиан даже удивился – он не представлял, что у фаворитки в гардеробе бывают такие скромные платья.
Увидев принца, Лали качнулась навстречу, но не сделала и шагу, внимательно всматриваясь в его глаза. Выражение её лица было скорбным и даже трагичным. У принца на мгновенье сжалось сердце от жалости и вины. Но он вспомнил, что девушка не так уж проста, что попробовала им манипулировать, что забыла своё место. Она же смиренно опустила глаза, сделала положенный книксен и промолчала. За неё высказался секретарь.
– Мой реджи, к вам посетительница. Примите?
– Что-то срочное, кроме этого, есть?
– Нет, мой реджи. Текущие дела, не более.
Дамиан кивнул, что понял и что примет посетительницу. Она тихо зашла следом, остановилась у двери и, не поднимая глаз, обратилась к нему после разрешения говорить:
– Мой реджи, дозволено ли мне будет попасть на сегодняшний бал?
Дамиан уселся в своё кресло и задумался. С одной стороны, он всё ещё чувствовал то раздражение, что и вчера, а с другой… Не виновата же девушка в том, что она не та?
Несносный Мальчишка морщил недовольно нос, отворачивал лицо в сторону – ему не хотелось решать этот вопрос. Но решать-то надо, и прямо сейчас. Из-за такой мелочи задерживать дела куда более важные казалось глупостью. И потом. Не сорвёт же она бал, в самом деле?
И Дамиан, тяжело глядя на Лали, сказал:
– Сударыня, вы можете явиться на сегодняшний бал. Только найдите себе кавалера или тётушку на вечер {дуэнья}.
Лали склонилась в благодарном поклоне, затем тихо вышла. Несносный Мальчишка только скорчил рожу: «Ох-хо-хо, какие мы тихие!»
***
