Легко ли быть невестой наследного принца империи, где правят драконы, когда сердце твое уже отдано другому? А принца простить или ненавидеть, отрицая магию избранных? Как поступить с ответственностью, возложенной на хрупкие плечи? Присутствие Аи во дворце многим словно кость поперек горла. Дракон не может вечно быть рядом, чтобы защитить, а загадочные нападения не прекращаются. Кто же помогает девушке выжить? Поймет ли она, кто ее ангел-хранитель? Догадается ли, кто оберегает ее в пределах дворцовых стен и за ними? И как теперь поступить?
Впервые распахнув глаза в полностью осознающем себя состоянии, первым делом ринулся искать ее. Точнее сказать, предпринял попытку это сделать.
Боль сковала мое тело, полностью освобождая его от моего контроля. Я больше себе не хозяин. И говорю сейчас не только о боли физической, гораздо сильнее ныла душа. Где сейчас моя избранная? Я не смог ее защитить. Не смог, но хотел отдать жизнь ради нее. Ради той, которой принес когда-то клятву служения. Той, что полюбил глубоко и самозабвенно.
Нас столько всего связывает, почему боги позволили разлучить нас? Я не существую без нее. Это пытка. Сейчас я прекрасно осознаю, что зависим от этой маленькой человеческой девушки. Порабощен ею, и не хочу что-то менять, даже если бы у меня была такая возможность.
Однажды я свято верил, что клятва нацепит мне ошейник, я буду как цепной шорс, чьим-то безупречным живым оружием и хранителем. Не заблуждался в мечтах, что попадется кто-то равный мне, кого я захочу уважать и защищать сам. Как непредсказуема судьба!
Мне досталась единственная в своем роде здесь, непохожая ни на какую из известных мне рас, девочка, принадлежащая к человеческому роду. Да и от них она отличается. Сокровище, что преподнесли мне боги, а я потерял… Единственная женщина за всю мою жизнь, занявшая мысли и сердце. Моя маленькая повелительница, способная заставить разъедать себя ревностью и упиваться наслаждением ею одновременно.
С трудом подтянул свое тело на руках, принимая полусидящее положение, откинувшись на подушки. Приподнял одеяло, чтобы убедиться, что торс обнаженного по пояс тела аккуратно перебинтован. На белой ткани расцвело алое пятно, подсказывающее, что мой приход в сознание дался кому-то очень тяжело. Кому я обязан?
Мелкие ранения и царапины старательно обработаны, некоторые даже успели зажить. Боги, сколько я опять был без сознания?..
Что с Аей? Злость на свою бесполезность вбивает в сердце острый кол. Сейчас я ни на что не годен, тем более, чтобы защитить любимую…
Она пыталась спасти меня. Меня. Она пыталась выгородить дроу, шантажируя их своей жизнью. Она купила мою жизнь в обмен на свою. Как мне теперь с этим жить? Не могу огорчаться, что она оценила их как превосходящих меня врагов, в итоге, она оказалась права, но если бы их не было так много! Ни за что это просто так не оставлю.
Теперь это даже не дело чести. Это дело всей моей жизни. То, ради чего я прожил все это три сотни лет! Я верну себе свою ксани, чего бы мне это не стоило. И даже принц Геррион не станет на моем пути.
Кто бы мог предположить, что моя ксани будет избранной самого наследного принца? Это шутка богов? Один из генералов, под руководством которых империя одержала победу в войне с демонами полторы сотни лет назад. Сын самого императора Ангора. Тот, которого прозвали ледяным драконом за его виртуозное владение этим видом магии, считающимся наивысшей формой мастерства у водных.
Тяжелый вздох. Боль и отчаяние.
Она приняла его магию еще в ту ночь, важную для нас обоих. Как его избранная, она вобрала резерв своего дракона для защиты их общего потомства, которого я никогда не смогу ей дать. Я никогда не смогу подарить ей дитя. Однако она была именно со мной. Ни с кем-то еще, не с ним, я — единственный мужчина, с кем она познала эту сторону любви, кого приняла. Никогда в жизни я не смогу подвести ее доверие.
Я ее верну.
Будь то принц или два принца, да хоть сам император! Я имею на нее такие же права, как и Он. Я приду за ней. Главное, чтобы моя малышка меня дождалась, не подумала, что я мертв. Меня не так просто убить. Даже в войне я лишился большей части магии крови, но не жизни.
Она часто вспоминала каких-то святых, видимо, обладающих силой в ее мире. Восклицала их имена в волнующие моменты. Мне трудно верить в божеств чужого мира, в котором даже не был, но, святые ананасы, защитите ее до моего прихода. Пусть эта девочка будет в безопасности, ей необходимо продержаться.
Она больше не одна в этом мире. У нее есть семья в моем лице.
— «
И я люблю. Люблю так сильно, что трудно дышать.
Мой драгоценный эльфенок, только будешь ли ты так уверена, когда со временем ощутишь всесилие магии избранных, соединяющей души этого мира? Смогу ли я пережить ревность, что уже начинает разъедать где-то изнутри?