Святослав Николаевич стал переводить на английский язык слово в слово Адити Васиштха, своей собеседнице, то, о чем я говорила по-русски. Адити приняла нас сердцем.
– Они полны любви к вам, – сказала она.
Весь день провели в усадьбе Святослава Николаевича. Впервые вошли в жилой дом. Сразу ощутила огромную энергию, даже остановилась на пороге, все тело покалывало, руки отяжелели. На стенах в гостиной небольшие этюды Николая Константиновича Рериха – Гималаи. На туалетном столике – Будда из светло-голубого фарфора. Везде небольшие бумажные иконы Святого Антония с маленьким Христом. Поднялись наверх по деревянным ступенькам в спальню Святослава Николаевича и Девики Рани. На коврике трогательно смотрелась аккуратно собранная вычищенная обувь Святослава Николаевича. Здесь паутина, видимо, слуг сюда не допускают.
«Доктор Рерих не был здесь уже более двух лет», – рассказал нам слуга-индиец. С небольшого балкона хорошо виден сад.
В гостиной, в спальне каждый уголок занят фигурками, памятными деталями: Будда и Мадонна, икона Владимирской Богоматери и индуистские божества, Святой Сергий и Святой Франциск. Здесь, в этом микромире, никто не спорит, нет религиозных распрей, все живут мирно и сообща творят свою помощь людям.
Перешли в мастерскую Святослава Николаевича. Одна за другой освобождались от полиэтилена его картины. Заботливые руки индийцев ставили полотна на мольберт, и мы снимали каждую картину, иногда объединяя кадры с цветами и деревьями сада. Картина «Будда» уже требует реставрации. «Маленький Кришна», «Летящий в ауре Иисус», «Моление о Чаше», цикл картин «Тонкий мир». Людмила Васильевна Шапошникова сказала, что такого Рериха еще не знают. Возможно, мы первые и последние, снимающие эти картины.
Кажется, Девика Рани собирается продать усадьбу.
«Боже, сохрани сад Святослава Николаевича и его картины!»
Под вечер со свечой сняли проход по всему дому, зашли в лабораторию: мало кто знал, что Святослав Николаевич занимался химией, исследуя эфироносы. Со стен смотрели буддийские и иранские мудрецы. Все гармонично и красиво, но нигде ни роскоши, ни пошлости – дом, как и человек, отражал всю многотрудную жизнь, жизнь Художника.
Показали фрагмент из фильма «Часовня Сергия», фильм второй «Невидимо Видимый». Смотрели вместе со Святославом Николаевичем. Он взял мою руку, я прикрыла ее своей, так и стояли, как одна душа. Святослав Николаевич смотрел с большим эмоциональным напряжением. На эпизоде с Серафимом Саровским несколько раз плакал. Но самое большое волнение было при виде хроникальных кадров с его отцом – Николаем Константиновичем Рерихом. Он вскинул руку, обвел всех глазами. Раздались радостные возгласы индийцев: «Папа, папа».
Адити поцеловала его и меня. Несмотря на усталость, Святослав Николаевич живо отреагировал на мое «Завтра мы уезжаем»:
– Когда?
– Вечером.
После фильма пришла Адити. Понятно, почему именно ее приблизил к себе Святослав Николаевич. Утонченная духовная сущность, родственная душа. Адити очень интересно рассказывала о первой встрече со Святославом Николаевичем. «Святой среди нас» – был рефрен ее рассказа. «Самое прекрасное – быть с ним, это целый мир. Я никогда не была в Кулу, но он столько о ней говорил, что я представляла долину даже лучше, чем если бы видела сама – ведь я всё видела его глазами, глазами художника».
Тепло попрощавшись со Святославом Николаевичем, мы покинули гостеприимный Бангалор.
2 мая мы выехали из Дели, наш путь лежал в Гималаи к священной долине Кулу.
Мимо проплывали индуистские храмы, спящие на мостовой люди, священные коровы-зебу. Прошли паломники – ситдху, один из них – на каталке, калека без ног.
В храмы, напоминающие горные вершины, можно входить всем, только сняв обувь. По краям дороги растут эвкалипты, пальмы, желтеют поля подсолнухов. Живописные мулы тянут переполненные телеги, их рога увиты лентами и украшены бубенцами. В Индии даже самые бедные жилища, повозки обязательно чем-то украшены, а девушки в разноцветных сари с вплетенными в косы душистыми цветами похожи на экзотических бабочек или часто встречающихся королевских павлинов.
После семи часов пути мы увидели горы. Теперь нас сопровождал только горный пейзаж и бурные воды реки Биас. Миновали место, где состоялась описанная в Махабхарате Великая битва.
После пятнадцати часов пути, поздно ночью мы прибыли в Кулу, в усадьбу Рерихов. К нам вышла хранительница дома Урсула. Ей было передано письмо от Святослава Николаевича с указанием разместить нас в усадьбе.
В скале над долиной под звездным небом был еле различим двухэтажный, увитый плющом старинный каменный дом. Сколько раз представляла я тот момент, когда попаду сюда! Дом, где жила Елена Ивановна Рерих, Николай Константинович, Юрий Николаевич и Святослав Николаевич, где проходили встречи особого значения, где рождались строки нового Огненного Учения – Живой этики. Почти несбыточная мечта.
