Лардо замер, не в состоянии забрать свою руку от лица девушки. Ее жест сквозь сон выглядел таким детским, доверчивым. Посидев еще немного рядом с вновь уснувшей серианкой, ди Грамс удостоверился, что не разбудит девушку, и только после этого поднялся с кровати и вышел из каюты.
— Поставить охрану, дверь запереть, — приказал генерал.
— Слушаюсь, мой генерал, — с готовностью отозвался адъютант.
— Сержанта Ромул ко мне, — уже открывая свою дверь, распорядился ди Грамс.
Адъютант понимающе улыбнулся и направился в сторону своей каюты, поняв из последнего приказа, что генералу в ближайшее время будет не до него, а потому можно тоже отдохнуть и расслабиться.
В полумраке каюты в страстных объятиях сплетались два тела. Мужчина и женщина. Они отдавались страсти со всей полнотой души, будто последний раз в жизни. И это вполне могло быть так. Космос, где малейшая ошибка может привести к гибели, война, не щадившая никого, несмотря на звания. Все вокруг дышало опасностью, потому любовь, как тонкая грань, казалась для них той самой отдушиной, где можно наслаждаться жизнью.
— Ты ненасытен, мой генерал, — чуть хрипловатым низким голосом проговорила женщина, отдаваясь смелым ласкам мужчины.
— Говори тише, Мильда, — прошептал ди Грамс, покрывая поцелуями плечо своей любовницы.
Он прижимался к ее спине, лежа на боку: так было удобнее ощущать все изгибы тела, оглаживать пальцами чувствительные места, возбуждая женщину снова и снова.
— Почему? — послушно прошептала она тише, выгибаясь в пояснице.
— Твой голос будоражит, и я хочу все повторить еще раз, — признался генерал.
— Лардо, неужели ты сейчас никуда не спешишь? — развернулась в кольце его рук Мильда и с интересом заглянула в лицо своему любовнику.
— Нет, сейчас я никуда не тороплюсь, а потому буду растягивать удовольствие. — Уголки его губ дрогнули в собственнической улыбке победителя, когда он заметил, как жадно вздохнула Мильда и облизала верхнюю губу, уже слегка припухшую от поцелуев. — Так что пощады не жди.
— Хорошо, мой генерал, — взволнованным голосом отозвалась она, неосознанно добавляя немного хрипотцы, которая так заводила Лардо.
Ди Грамс опирался на согнутую руку, чтобы чуть свысока рассматривать притягательное тело своей любовницы. Он потянулся к ней с поцелуем, отдаваясь новому омуту страсти. Его руки ласкали красивое тело, сжимая округлую грудь, спускаясь ниже на талию и дальше к ягодицам. Стройная нога Мильды удобно улеглась поверх его бедра, открывая ее рукам доступ к средоточию мужского желания. Упругая плоть затвердела еще больше, едва женские пальчики коснулись шелковистой кожи на ней. Мильда знала, как доставить своему генералу удовольствие, а сейчас он разрешил ей исполнить любое желание. И она этим пользовалась, растворяясь в его удовольствии и наслаждении. Лардо не отставал от своей любовницы, он не только получал жаркие нежности, но и сам дарил удовольствие своей партнерше, возбуждая ее ласками, ловя хрипловатые стоны, которые не в силах были сдерживать оба.
Эта страсть на грани, где каждый день может стать последним, опьяняла еще больше, окончательно и бесповоротно одурманивая разум, отключая все возможные чувства. Наверное, именно это сыграло с Лардо странную шутку. В какое-то мгновение, отдаваясь своему наслаждению от движений партнерши в едином с ним ритме, ди Грамсу показалось, что глаза Мильды поменяли свой цвет с привычного голубого на черный, почти агатовый.
— Не останавливайся, Лардо, прошу, не мучай меня, — застонала она в его объятиях, и кирс вздрогнул.
На него сейчас действительно смотрели глаза серианки тем самым взглядом, дарящим глубину космоса. Но ведь этого не может быть! Лардо резко отстранился от Мильды и встал ногами на пол.
— Встань, Мильда! — приказал он тут же.
— Лардо, что случилось? — не понимая, озадачилась его любовница.
— Иди сюда, я хочу видеть твои глаза, — резко выдохнул ди Грамс.
— Хорошо, мой генерал, — улыбнулась в ответ Мильда и, поднявшись с широкой кровати, соблазнительной походкой направилась к мужчине, не отрывая от его фигуры горящего взгляда.
Лардо притянул стан женщины к себе, упираясь твердой плотью в ее живот, показывая, что еще ничего не закончено, а затем подвел девушку к своему столу, где горел дежурный, рассеянный свет. Теперь он ясно рассмотрел — глаза его любовницы остались прежними.
Видимо, показалось в полумраке. Обычное наваждение после долгого общения с пленной серианкой. Больше его ничего не отвлекало. Лардо продолжил наслаждаться близостью возбужденной им женщины, чувствуя, что скоро они дойдут до самого пика.
Спина отчаянно горела огнем. Просыпаться не хотелось, но ощущение пытки каленым железом не давало покоя. Я даже пыталась представить, будто все происходит во сне, и только потому все настолько неприятно. Но боль не унималась, и сон улетел прочь. Я открыла глаза и осмотрелась. Обычная на вид каюта, каких много на каждом корабле. Никаких личных вещей, которые могли бы помочь опознать владельца помещения. На мне все та же одежда, только молния расстегнута до груди. И спина горит огнем.
