— Ладно, вы только что говорили, что эта шишка могла появиться при падении, — сказал Линдберг. — Считаете ли вы возможным, что она могла быть следствием удара?
— Вполне, — признал врач. — От удара тупым, вероятно, округлым предметом.
— Ну ладно, забирайте труп в институт судебной медицины! — распорядился Линдберг, — а машину — в техотдел! — И, повернувшись к Веберу, добавил: — Будем поддерживать контакт!
— С огромным удовольствием! Комиссар кисло усмехнулся.
— Это я вижу по вашему лицу.
Вебер вызывающе улыбнулся и вместе с Викторией начал карабкаться по склону. На шоссе еще стояла кучка жадных до сенсаций зевак, с любопытством смотревших вниз.
«Странно, — подумал Вебер, — что в момент аварии тут живой души не было». Во всяком случае свидетели не объявлялись.
— Почему вы не сказали Линдбергу все, что мы знаем о девушке? — спросила Виктория, когда они садились в машину.
Вебер осторожно вывел «форд» на дорогу. Потом нажал на газ и поспешил в сторону города той же дорогой, которой они приехали.
— И так к утру он обо всем узнает, аппарат Линдберга работает безупречно. Мы можем себе позволить это небольшое преимущество.
— А вам известно, что по делам об убийствах нельзя скрывать улики?
— Только более обстоятельное расследование установит, был ли Ханке убит.
Виктория удивленно взглянула на Вебера.
— Так это мог быть несчастный случай?
— Чушь! — Вебер с напряженным лицом уставился на дорогу. — Это убийство. И потому мы продолжаем игру! Виктория, вы должны сегодня же отправиться в университет. Попробуйте найти кого-нибудь из группы фройляйн Грюнер. Может, кто-то что-то и знает. Еще поезжайте на Дросселынтрассе, где она собиралась поселиться. Вдруг появилась там снова? Нужно найти ее, и поскорее.
— А чем займетесь вы?
— Поеду в Франкфурт, — буркнул Вебер. — Хочу осмотреть квартиру Ханке, прежде чем появится полиция.
Вебер заскочил домой на полчаса. Виктория быстро собрала его в дорогу: положила в чемодан чистое белье, рубашку на смену и несессер. Сам он достал из стола револьвер и приспособил его под мышкой. Швырнул в чемодан связку отмычек и фонарик, прежде чем Виктория успела его закрыть. Ему пришло в голову, что обе эти вещи могут пригодиться.
Часы показывали половину шестого. Вебер гнал по автостраде в сторону Франкфурта-на-Майне. Если повезет, он будет там около полуночи. Только этой ночью у него был шанс без помех осмотреться в квартире Ханке. Уже на следующее утро там появится полиция, и во главе ее — разумеется, Линдберг.
Архитектор Ханке утверждал, что Рената Грюнер выехала с одним чемоданом. В нем явно не могли поместиться все ее вещи. Что-то должно было остаться. Вебер надеялся найти старые письма, фотографии, записные книжки и тому подобные мелочи, которые позволят ему создать свое суждение о девушке.
За полчаса до полуночи он действительно добрался до Франкфурта, правда, совершенно разбитый и измученный. Тут же отправился на Центральный вокзал. В большом зале висел огромный план города, на котором он нашел Густав Адольфштрассе. Она была в десяти минутах от вокзала. Запомнив дорогу, он отправился в вокзальный ресторан. У стойки с напитками заказал кофе, выпил его залпом и, снова сев за руль, почувствовал себя немного лучше.
Дом на Густав Адольфштрассе оказался одним из строений огромного современного квартала. У калитки Вебер заметил пару, слившуюся в страстных объятиях. Освещение было, по мнению Вебера, недостаточным.
Чуть дальше он остановил машину, заблокировал руль и вышел. По другой стороне улицы вернулся к дому номер семь. Его подозрения, что молодежь еще не насытилась ласками, подтвердились. Вебер некоторое время любовался идиллией, в душе проклиная летнюю ночь, распалившую страсть молодой пары.
Пристроившись в тени, он закурил. Парочка застыла без движения, выключившись из времени и пространства. Это могло тянуться бесконечно, а он спешил. Нужно было каким-то образом спровадить отсюда молодежь. Если обнаружится его вторжение, они станут для полиции бесценными свидетелями.
Решившись, он перешел через улицу и, печатая шаги в ночной тишине, двинулся к калитке. Приближаясь, стал еще вдобавок позвякивать ключами. Напуганные шумом влюбленные оторвались друг от друга. На миг Вебер увидел влажные, сильно накрашенные губы девушки, растрепанные волосы и полузакрытые глаза. Потом она спрятала лица на груди молодого человека. Девушка явно не хотела, чтобы ее узнали.
Он усмехнулся, это стыдливое движение вызвало в нем симпатию.
— Калитка открыта, — бросил через плечо молодой человек. Голос его звучал приглушенно, он даже не обернулся.
— Спасибо, — буркнул Вебер, поворачиваясь спиной. Он был доволен — им не меньше, чем ему, хотелось остаться неузнанными.
Толкнув приоткрытую калитку в воротах и проходя в парадное, он заметил, что в калитке был надежный замок. Вебер тихо присвистнул. С таким замком пришлось бы повозиться не меньше часа, и неизвестно, смог бы он с ним справиться. Приходилось признать, что эта душная летняя ночь имела и свои положительные стороны.
