Выслушав рассказ Теда, Эдмонд весело потрепал его по плечу:
— Все сходится, Тед. Ты нашел одну половину, а я — другую. Сложив их, мы получим целое.
— Но… дед… — пробормотал Тед.
— Не волнуйся, все устроится, — утешил его Эдмонд и с силой пожал руку.
Такси промчалось по спящим улицам Лондона и въехало в Чипсайд.
Платтнер, торговец металлическим ломом, долго кочевряжился, не желая открывать дверь в столь поздний час, но полицейский значок подействовал чудотворно. После долгих переговоров он признал, что купил несколько вещиц у типа, описание которого соответствовало описанию Хасуэлла.
— Покажите эти свинцовые трубы, — приказал Эдмонд.
Недовольный Платтнер разгреб кучу металла и достал кусок свинцовой трубы длиною в пару локтей. Оба ее конца были тщательно сплющены.
— Конфискую это, — сказал Белл.
— Мне все равно, — пробормотал старьевщик. — Я недорого заплатил. Надеюсь, джентльмены, у меня не будет неприятностей, ведь я отдал по доброй воле.
— Договорились, — подтвердил молодой сыщик.
Они расстались, довольные друг другом.
— Что в этой трубе?
Тед протянул руку к предмету.
Эдмонд удержал его руку:
— Осторожно, старина. Я еще точно не знаю, но уверен, что следует опасаться. К счастью, труба герметично заклепана.
— Кто это сделал?
— Хью Каблет, несомненно. Это ему дорого обошлось. Не будь его, одному Богу известно, скольких неосторожных посетителей Пратт-Хауз пострадало бы от этого.
Утром продавцы газет не успевали за новостями, ибо один за другим выходили специальные издания.
— Покупайте «Дейли экспресс»! «Дейли диспатч»! «Дейли мейл»!
Краткое содержание рапорта о ночных находках на кладбище. Бедняги, считавшиеся пропавшими без вести, были найдены в бессознательном состоянии. Никто не был в состоянии говорить. Кстати, они ничего не помнили.
В автомобиле, мчавшемся в Пемброк, Эдмонд Белл смял газету и похлопал по плечу сидящего рядом Теда:
— Старик, я тебя поздравляю. Мастерский ход твой измененный голос! Я знал, в тебе есть зачатки истинного сыщика.
Тед поник и вздохнул. Он думал о деде. Вдали возникла тонкая башня небольшого замка.
— Там ли он? — прошептал Тед.
— Если он сел в ночной поезд, то приехал до зари, — предположил Белл.
— Я выбрал Пемброк, потому что родился там. К тому же он принадлежит мне со дня совершеннолетия.
Автомобиль остановился у решетки сада. Все ставни, кроме одного на первом этаже, были закрыты. Эдмонд постучал в стекло.
— Не будь слишком жестоким ко мне, Николлс, — послышался голос отчаявшегося человека.
— Дед! — крикнул Тед.
Радостный и удивленный вопль. Стенли Брокхерст распахнул дверь.
— Эдвард! Ты! И вместе с Беллом! — Старик дрожал всем телом. — Я думал, вы несете дурные вести, — пробормотал он.
Белл покачал головой:
— Не столь ужасные, сэр Стенли. Мы приехали, чтобы вы подтвердили секрет Пратт-Хауз.
— Что вы говорите? — вскричал бывший полковник.
— Да, полковник, мы открыли секрет, даже не входя в Пратт-Хауз. Кстати, таинственного предмета там уже не было.
— Змея Моисея! — сэр Брокхерст вздрогнул.
Эдмонд кивнул.
— По Библии, Моисей якобы владел золотистой змеей, с помощью которой он мог истреблять врагов, даже если они были далеко.
— Да! — вскричал сэр Стенли. — Именно так!
— Бенджамен Николлс был очень странным человеком, — продолжил Белл, — не ошибусь, сказав, что он был вашим другом.
— Увы, — простонал сэр Стенли, — он был моим другом, и я…
— Не спешите, полковник. Не говорите слишком быстро. Николлс много путешествовал. К тому же был эрудитом. Он доверил вам свой секрет, сообщив, что владеет таинственной золотистой змеей Моисея. Сомневаюсь, что хоть раз видели ее.
— Никогда! Но он ею владел.
— Вам повезло, что он вам ее не показал, — с загадочной улыбкой перебил его Эдмонд. — И скажу почему. Он провел при вас несколько опытов над животными… которые тут же умерли.
— Да!
— Вы, бывший военный, — продолжил Эдмонд, — и опыты внушили вам фантастические идеи. Вы решили, что золотистая змея послужит… для военных целей. К примеру, может вывести из строя врага на расстоянии. Вы поговорили с Николлсом, но он высмеял вас и отказался помогать вам. Тогда…
— Позвольте продолжить, — сказал сэр Стенли. — В порыве слепой ярости я ударил его… Он упал мертвым! Я убил его!
— Нет, сэр Стенли, вы его не убили. Он не умер, ибо в ту же ночь написал завещание и утром отнес его своему поверенному в делах. Вернувшись домой, он умер…
— Невозможно!
