Как только он заговорил, Харкнесс бросился назад, и только это спасло его, потому что пуля просвистела в дюйме от учёного. Мы все мгновенно вскочили на ноги. Там, на краю освещённого пространства, едва различимый на фоне темноты, стоял Брант! Брант, в изорванной и испачканной одежде, небритый, с глазами, горящими безумным пламенем, и всё ещё с поднятым пистолетом в руке! На мгновение мы увидели его, а затем, когда Харкнесс и Вебстер вскочили с поднятыми пистолетами, он бросился обратно в темноту.
Харкнесс и Вебстер принялись палить ему вслед! Я подбежал к ним и схватил их за руки.
— Не стреляйте — это же Брант! Брант! — воскликнул я, ошеломлённый произошедшим. — Боже мой, Харкнесс, вы же не хотите его убить?
Глаза Харкнесса сверкали.
— И я, и любой из нас убьёт его на месте! — заявил он. — Этот человек — маньяк-убийца, говорю вам, разве вы сами не видите? Он уже в третий раз покушается на нас!
— Но вы же не можете застрелить его только потому, что он сумасшедший! — воскликнул я. — Убить Бранта! Вы, должно быть, сами сошли с ума, Харкнесс, если думаете о таком!
Вмешался Рокфорд.
— Харкнесс отчасти прав, Фрейзер, — сказал он. — Брант больше не Брант, а опасное дикое животное. Вы же сами видели, каким маньяком — убийцей он стал — должно быть, он прятался где-то в темноте, выжидая удобного случая.
— Но мы могли бы организовать поисковую группу и прочесать окрестные леса в поисках его, — предложил я. — Десять к одному, что мы сможем найти его, связать и отвезти обратно вниз по реке. Возможно, это всего лишь временное помешательство, и если Харкнесс отложит подготовку снаряда на несколько дней, мы сделаем это.
— Я не собираюсь ничего откладывать! — голос Харкнесса стал высоким и резким. — Я хочу заявить вам, что величайшее предприятие в истории Земли и Сатурна не пойдёт насмарку из-за жалости к одному сумасшедшему. Работы продолжатся, и через две ночи мы стартуем!
И он зашагал к своей палатке.
В ту ночь, лёжа в своей палатке, я чувствовал, что моё душевная боль усиливается. Я видел, что Рокфорд, Макгрегор, Халсен и остальные, как и Харкнесс, придерживались мнения, что подготовка снаряда была гораздо важнее, чем спасение моего обезумевшего друга. Они продумали проект от начала до конца и пришли к выводу, что если Харкнесс и трое других действительно смогут использовать статический заряд Земли так, как сатурниане использовали статический заряд своей планеты, то они будут выброшены с Земли с достаточной силой, чтобы отправиться в другой мир.
Мы размышляли над тем, что бы они обнаружили, если бы всё-таки достигли Сатурна? Было очевидно, что сатурниане обладали наукой, превосходящей нашу, ведь наших земных знаний не хватало для того, чтобы запустить наш земной снаряд через космическую пустоту так, как это сделали они. Тогда вполне возможно, если верить Харкнессу, что пришельцы с Земли, достигшие другой планеты, могли бы таким образом установить связь между мирами, что принесло бы нам неизмеримую пользу. Ведь, очевидно, два мира могут общаться только посредством физических посещений, потому что слой Хевисайда, расположенный вокруг Земли, препятствует отправке или приёму любых радио- и прочих электрических сигналов.
И всё же я не мог забыть эти раздавленные тела ракообразных. Как бы они ни были похожи на людей в некоторых отношениях, было ясно, что эти сыны Сатурна прошли через века эволюции ракообразных, а не млекопитающих, достигнув уровня интеллекта, не уступающего нашему, но совершенно иными путями. Я задавался вопросом, смогут ли когда-нибудь две такие чуждые расы, как они и мы, встретиться и стать друзьями? Поможет ли интеллект перекинуть мост через пропасть между нами?
Хотя у Харкнесса и остальных таких сомнений не было. Ибо на следующее утро началась работа по установке привезённого нами оборудования.
В течение следующих двух дней наша долина могла бы сойти за какой-нибудь строительный лагерь. Харкнесс, Вебстер, Галл и Бейтс, казались одержимыми великой целью и, в свою очередь, руководили нами. Они растеряли все следы своего прежнего «я» и, казалось, превратились в маньяков. Они ничего нам не объясняли, а лишь приказывали Рокфорду, Халсену, всем нам, как будто мы тоже стали наёмными рабочими, как те, что прибыли с нами. Мы работали под их руководством, не понимая и половины того, что делали.
Бетонные опоры были быстро вкопаны в землю, а на них было установлено металлическое кольцо диаметром десять футов, сделанное из секций, привезённых нами с собой. Трубчатые соединения, заканчивающиеся веерами расходящихся медных полос, были глубоко врыты в землю вокруг кольца и вели через причудливо скрученные катушки к краю кольца. Мы понимали, что всё это было сделано для того, чтобы подать статический заряд Земли на кольцо и выбросить снаряд в космическое пространство, но детали были за пределами нашего понимания, а уверенность, с которой Харкнесс, Вебстер и другие направляли нас, была поразительной, учитывая, что необходимые знания они получили только путём изучения снаряда, механизмов и записей внутри него.