Те немалые услуги, которые папа Климент V оказал Эдуарду I, были сделаны не только из искреннего расположения, но и в надежде на ответную благодарность. Поэтому английскому королю пришлось согласиться на выплату Святому престолу аннатов{123}. В качестве сборщика папских налогов в Англию был отправлен гасконец Гийом де Теста архидиакон Коменжский. Помимо прочего, Эдуард I передал ему управление собственностью архиепископа Кентерберийского. Энергия, с которой Теста взялся за сбор денег для папы, вызвала возмущение у всех английских священнослужителей. Однако на этот раз Эдуард I не поддержал клириков, так как ему было совсем не с руки ссориться с Климентом V — в Шотландии опять начал зреть мятеж.
Спустя всего шесть месяцев после казни Уильяма Уоллеса, 10 февраля 1306 года в мужском францисканском монастыре Дамфриса вспыхнула ссора. Трижды изменник Роберт Брюс граф Каррикский затеял ее со своим сотоварищем по совету и главным соперником по влиянию на умы шотландцев Джоном Рыжим Комином Баденохским. Они обменялись взаимными оскорблениями, а затем Брюс выхватил меч и ранил Комина. Джон Рыжий нашел убежище в монастырской церкви, но несколько приспешников графа Каррикского ворвались туда и добили его на ступеньках алтаря. Несомненно, по любым меркам это была подлость — нападение нескольких вооруженных людей на одного безоружного. Кроме того, Брюс и его люди совершили святотатство, не посчитавшись со святостью церковного убежища.
Единожды нарушив королевский мир, граф Каррикский уже не собирался останавливаться. Он бросил в тюрьму судей ассизов, находившихся в городе на выездном заседании. Затем Роберт Брюс провозгласил себя защитником национальной независимости и объявил о своих претензиях на корону Шотландии. Робер Уишарт епископ Глазгоский с готовностью отпустил своему любимцу все грехи, достал из укромного места знамя Шотландии и поехал с ним в Скун — традиционное место коронации шотландских королей. Там их уже ждали Уильям де Ламбертон епископ Сент-Эндрюсский и сотня недовольных английским правлением лордов и рыцарей, в большинстве своем прибывших с севера и запада страны. В их числе оказались весьма знатные персоны — Малколм II мормэр Леннокса, Джон Стратбогийский граф Атоллский, сэр Джеймс Черный Дуглас и сэр Томас Рэндолф.
В Вербное воскресенье Брюс был коронован под именем Роберта I золотым венцом, который специально для этого случая изготовил местный золотых дел мастер. Обряд совершала Изабель, жена Джона Комина мормэра Бахэна и сестра Дункана Макдаффа, последнего кельтского мормэра Файфа. Если принять во внимание, что именно шестнадцатилетний мормэр Файфа, находившийся в тот момент в Англии, обладал наследственным правом проведения коронации, то слишком вольная трактовка древних обычаев не могла не вызвать сомнений в их правомерности.
Роберт Брюс действовал энергично — он поспешил захватить королевские замки Дамфрис и Эр, Долсвинтон и Тибберс (впрочем, Дамфрис скоро был отбит англичанами назад). В Галлоуэе новоявленный король не получил поддержки, зато на его сторону встали Глазго и Ратерглен. Затем он с шестьюдесятью латниками пересек Форт, но английские гарнизоны главных английских замков держались крепко, имея достаточный запас продовольствия.
Что побудило Роберта Брюса выступить против Эдуарда I — не очень ясно. Хотя, если говорить откровенно, этот шотландский лорд не отличался строгими принципами и не зарекомендовал себя верным вассалом, что наглядно демонстрировал своими неоднократными переходами из одного лагеря в другой. Возможно, Брюса оскорбило нарочитое невнимание английского короля к его персоне. Но стоит заметить, что у Эдуарда не было особых поводов отличать графа Каррикского, который ничем особенным не проявил себя на его службе. Более того, король откровенно продемонстрировал Брюсу свое неудовольствие его действиями, отказавшись возместить в полном объеме расходы, понесенные шотландским магнатом во время умиротворения военной силой Эршира и Ланаркшира. Эдуард I также не подтвердил в полном объеме прав Брюса на Аннандейл, которые тот предъявлял после смерти отца.
Весть о мятеже достигла ушей Эдуарда I в Хемпшире, где он поправлял пошатнувшееся в последние годы здоровье в своих охотничьих угодьях. Король отправил гонцов со строгим приказом усилить пограничные гарнизоны в Берике и Карлайле. Он объявил сбор ополчения северных графств и созвал парламент в Вестминстере. Покойный Джон Рыжий Комин отнюдь не был другом или даже соратником Эдуарда I. Напротив, на протяжении долгого времени он действовал как его враг, но открытый и честный, чем заслужил королевское уважение. Циничное убийство на священной монастырской территории заставило набожного Эдуарда I вспомнить слова Писания: «Ты знаешь, что сделал мне Иоав, сын Саруин, как поступил он с двумя вождями войска Израильского… как он умертвил их, и пролил кровь бранную во время мира, обагрив кровию бранною пояс на чреслах своих и обувь на ногах своих. Поступи по мудрости твоей, чтобы не отпустить седины его мирно в преисподнюю»{124}.
