На свете есть созвездие Стожары. Жители этого созвездия несут в мир добро. Их знак «+».
Но в космосе есть Черная Дыра. В ней живут существа со знаком «-». Иногда они вылезают из Дыры, сеют кругом зло, зависть, гордыню, эгоизм.
Если встречается два космосца… нет, космосчанина… или космича… в общем, если встречаются два жителя космоса с разными знаками, получается грандиозный взрыв. Какой произошел в 1911 году на Тунгусской межкосмической конференции.
Теорию Черной Дыры на Земле разработали два академика — Булкин и Бутылкин.
По-научному теория сводится к одной формуле:
Ж = QQ.
А по-простому формулируется так: «Добро тянется к добру, а зло к злу».
(Например, противный и вредный человек Карцев собрал в своей гостинице очень вредный обслуживающий персонал. Проще говоря, негодяев. А хороший человек капитан Б. Удинцев (Володин папа) собрал у себя на корабле просто самых замечательных ученых и матросов.)
В задачу созвездия Брошенные Шарики входило оттаскивание Зеленой Юлы, то есть Земли, от Черной Дыры.
Для первых контактов и разъяснений и был на нее брошен пластмассовый дедушка Константин Михайлович.
Володя Удинцев был потрясен.
В этот вечер Карцев-старший — «маршал», с одной стороны, и Карцев-младший — «шеф генерального штаба», с другой стороны, во все глаза следили за пластмассовым дедушкой. Тетипашин муж — в замочную скважину, тетипашин сын — в бинокль (военный, ночной, 120-кратный).
Константин Михайлович не подозревал о слежке. Он был занят важным делом — выходил на связь с родными Стожарами.
Достал коробочку-папку, вынул золотую таблетку, проглотил и стал вырисовывать в пространстве перед собой контуры радиосветотемнотопередатчика сверхдальней связи.
На голове у него возникли наушники с короткими дырчатыми антеннами, перед ним выстроился пульт настройки со всякими стрелками и лампочками, сбоку постепенно возник из ничего платино-серебряный трансформатор для преобразования электрической энергии в космическую.
«Ну и техника! — думал Карцев-младший, лежа на животе на крыше генерального штаба и глядя в 120-кратный бинокль. — Чистый космос! Фантастика!»
«Ну и бесовщина! — считал Карцев-старший, стоя на четвереньках и глядя на выросшие рога через замочную скважину. — Просто бесовщина какая-то. Нечистая сила!»
Константин Михайлович сосредоточился, включил ручки пульта и стал передавать в космос сигналы. Это был почти свист, почти вой. Звуки понеслись над городом.
«Точно! Космическая связь!» — понял Карцев-младший, инженер, на своей крыше.
«Вот и завыл по-бесовски!» — решил Карцев-старший за своей замочной скважиной.
И в это время сначала в гостинице, а потом во всем городе погас свет.
Когда снова стало светло, можно было подвести итоги. Они были таковы:
1. Трест Горэнерго недосчитался многих тысяч киловатт электроэнергии.
2. В гостинице перегорели все предохранители, и очень многие постояльцы в темноте перепутали свои комнаты. А многие долго сидели в лифтах.
3. Тетипашин муж в темноте надел чужое женское пальто. За что и схлопотал мокрой тряпкой по шее от разгневанной тети Паши.
4. Константин Михайлович из космоса получил выговор за то, что он до сих пор не отметил на Земле командировку. В Брошенных Шариках дисциплина была строгая.
5. Все телевизоры в районе 10 минут не работали.
В эту темную ночь было принято много важных решений.
Карцев-старший и Карцев-младший по отдельности решили во что бы то ни стало раздобыть эти чертово-космические пилюли.
Космический дедушка Константин Михайлович принял решение закончить пребывание на Земле и начать отбывание в холодную родную бесконечность.
Железный человек — председатель горсовета принял решение убедить горсовет закрыть к чертовой матери карандашную фабрику, чтобы она не коптила город и народ. А все грамотное население перевести на авторучки или пишущие машинки.
Такое решение скоро и было принято горсоветом.
Володя Удинцев принял решение готовиться к поездке в Брошенные Шарики. А отсюда вытекло решение усилить занятия математикой. А отсюда еще одно — принять участие в главной городской математической олимпиаде.
Автор этой книги принял решение начать жизнь заново и стать другим человеком. Хватит!
Константин Михайлович ходил от одного киоска «Горсправки» до другого и «сумлевался»:
— Я так про себя думаю, что я за человек? Всю жизнь протрудился, а толку никакого нет. Особливо здеся, на Земле. До сих пор дружбу не наладил. Командировку не отметил. Про ненавистников из Черной Дыры ничего выведать не сумел.
В первом же киоске он получил адрес композитора Гладкова Геннадия Игоревича. С адресами академиков Булкина и Бутылкина выходила какая-то ерунда. Их категорически не выдавали.
— СПРАВОК НЕ ДАЕМ!
— Ну почему?
— Такая инструкция.
— Дайте мне ее посмотреть, уважаемая.
— Ни в коем случае. Она закрытая. Для сотрудников. Клиентам ее читать нельзя. Можно только соблюдать.
