Честно говоря, я подумала, что мне нужно немного отдохнуть. Подольше, чтобы я могла подумать, переварить и твердо позволить этой новой реальности поглотить меня. Потому что до меня еще не дошло. Прошлой ночью я проснулась с мыслью, что Векс и «5-ый Круг» все еще где-то там. Но нет, все было кончено. Они ушли.
Знакомое покашливание оторвало нас друг от друга. Тео — мой отец — стоял в дверях. — Я просто…… Когда ты уезжаешь?
Я шагнула к нему. — Скоро. Сегодня вечером мы отправляемся домой.
Он коротко кивнул. — Тогда, я полагаю, это прощание. — Его темные глаза изучали мое лицо. — В какой-то момент, когда ты будешь готова, я бы хотел представить тебя остальным членам семьи, с моей стороны.
Тепло разлилось по мне. Он действительно хотел, чтобы я была рядом. Он собирался рассказать моим родственникам оборотням обо мне, своей дочери.
Я бросилась к нему, крепко обнимая за талию. Он колебался всего секунду, прежде чем ответить на объятие. Солнечный свет и пряный фенхель наполнили мои чувства. Моя волчица воспрянула духом, у нее никогда не было сомнений в том, что он ей нравится и что мы семья.
После всей душевной боли от необходимости убить Брюса Грейвса в целях самообороны, которого я считала своим отцом, за которой последовала трагическая потеря моей мамы и, наконец, Ориона, я с трудом могла поверить, что мне посчастливилось открыть совершенно новую ветвь родственников. У меня был отец, тети и дяди, двоюродные братья и сестры, все такое. Я была Мартин.
— Скоро увидимся. Я обещаю. — Глубокий голос Тео грохотал в его груди.
Я отстранилась, чтобы посмотреть на него снизу вверх. — Мне бы этого хотелось.
В его глазах появились морщинки от улыбки. — Я рад. — Взгляд Тео поднялся поверх моей головы. — Вы трое, помните, что я сказал.
— Да, сэр, — пробормотали они, и у меня от шока отвисла челюсть.
— Веди себя хорошо, Эмма. — С этими словами мой отец вышел из комнаты.
Я повернулась к своим ребятам. — Что все это значило? Что он вам сказал?
Лукас провел рукой по затылку. — Э-э, что-то вроде того, что если хотя бы волосок упадет с головы его драгоценной дочери, он собирается нас кастрировать.
— Я почти уверен, что он сказал, что отрежет нам члены, — добавил Зейн.
Кейд покачал головой. — Что-то из этого, а может, и то и другое, а потом он бросит нас в тюрьму Гримсмор и выбросит ключ.
— Значит, он угрожал вам. — Это был не вопрос, а выражение недоверия.
— Не волнуйся, милая. — Зейн подошел ближе. — Мы дали ему понять, что если он разобьет твое сердце или разочарует тебя каким-либо образом, мы убьем его. Медленно.
— Да, это был хороший разговор, — сказал Лукас.
Я закатила глаза.
— Просто чтобы внести ясность, — сказала я. — Никто никого не калечит и не убивает.
— Именно это я и сказал, но никто не захотел меня слушать. — Кейд пожал плечами. — Итак, мы дали обещания с обеих сторон. Никто не причинит тебе вреда, и никто не пострадает.
— Я ценю… — Я оборвала себя и склонила голову набок. Моих ушей достиг пронзительный крик. Лукас и Зейн тоже услышали это, судя по их обеспокоенным лицам. Затем воздух наполнился статическим электричеством, которое означало, что могущественная ведьма применила темную магию.
Мы бросились к ближайшему окну. Из кабинета декана мы смотрели на огромную лужайку в центре кампуса. Толпа образовала круг вокруг двух фигур — Клэр и Грея.
У меня перехватило дыхание. — Они собираются убить друг друга!
24
ЭММА
Клэр и Итан Грейстоун устроили дуэль посреди лужайки кампуса, которая простиралась от одного конца территории академии до другого. Они были окружены членами «Грешных Святых», которые подбадривали их. Два здоровенных волчьих гибрида сдерживали очень разозленного Эша.
Когда мы приблизились, Тень и Ганнер преградили нам путь. Молчаливый заместитель Грея покачал головой, глядя на нас, и Ганнер расширил свою стойку.
— Им не нужно мешать, — сказал Тень, встретившись со мной взглядом.
— Они собираются убить друг друга, и ты это знаешь, — прорычала я. Я посмотрела через его плечо, когда другие «Грешные Святые» подошли ближе, чтобы предложить поддержку Тени и Ганнеру. Я была уверена, что если это станет абсолютно необходимым, мы сможем справиться с ними. Хотя это была бы кровавая, безжалостная битва, и мы могли бы не выбраться из нее невредимыми.
— Не надо, — сказал Ганнер, словно прочитав мои мысли. — Их дуэль затянулась, и ты это знаешь. Клэр убила брата Грея. У нее долг перед нами. — Он приподнял бровь с пирсингом, как бы призывая меня не согласиться с его утверждением.
Лукас зарычал на гибрида волка и ведьмы. Зейн и Кейд прижались ближе, их внимание было приковано к угрозе, которую представляли «Грешные Святые». Насколько я могла судить, никто из моих мужчин не питал особых теплых чувств к Клэр, так что вмешиваться нам или нет — решать мне. Она была моей подругой.
