Можно подумать, она этого не знает! По большому счету, он еще почти юноша. Если у нее и имелись на этот счет какие-то сомнения, стоило им обоим раздеться, как те тотчас же улетучились. Мужское тело, лежавшее рядом с ней в постели, было пределом мечтаний любой женщины.
— Молодой не значит глупый.
— Я имел в виду его неопытность.
Что ж, тоже верно. Она слышала, как Фицпатрик свысока разговаривал с Амароком.
— Он направил запрос в департамент общественной безопасности, чтобы ему в помощь прислали агентов ФБР.
Фицпатрик закинул одну длинную ногу на другую.
— Приятно слышать. Но тебе все равно нельзя оставаться дома одной. Надеюсь, тебе самой это понятно.
— Еще как понятно. С моей стороны было бы верхом глупости жить сейчас там одной, на отшибе.
Тем более с неработающей сигнализацией.
— Если хочешь, можешь пожить у меня.
А вот это уж нет, спасибо, особенно после их недавней стычки. От одной только мысли у нее по коже заползали мурашки.
— Спасибо за предложение, но Амарок сегодня утром уже перевез мои вещи в себе. Я поживу у него несколько дней, пока… пока не пойму, что происходит. А Пенни тем временем позаботится о Зигмунде. Дело в том, что у Амарока есть собака. Вряд ли пес будет рад кошачьему обществу.
Похоже, Фицпатрик оскорбился ее отказом.
— То есть ты предпочитаешь пожить у него, а не у меня или у кого-то из своих коллег? — добавил он, чтобы скрыть свое разочарование.
— У него есть пистолет, и он умеет им пользоваться.
— Сейчас у многих есть пистолет, в том числе и у тебя самой. Ты умеешь стрелять. Ты сама мне об этом говорила. К тому же ты почти не знакома с этим сержантом. Сомневаюсь, что тебе будет у него комфортно. Как насчет Стейси?
В иных обстоятельствах единственная женщина в их команде была бы самым подходящим выбором.
— Я звонила ей, прежде чем уехать из дома. Она все еще больна.
— Вряд ли она станет возражать против твоего присутствия. Более того, с тобой ей будет не так одиноко.
— У нее есть муж и питбуль.
— Ты можешь переехать к Стейси, когда ей станет — лучше.
Не успела Эвелин возразить, что таких планов у нее нет, как Фицпатрик спросил:
— Ты не в курсе, когда она вернется на работу?
— Нет. У моей бабушки когда-то был опоясывающий лишай, и я знаю, что это может тянуться долго. По словам Стейси, ей еще примерно пару недель нужно будет принимать болеутоляющие препараты.
— Еще есть Русс. У него наверняка найдется для тебя — место.
— Тим, прекрати. Меня вполне устраивает пожить у Амарока.
Фицпатрик стряхнул с брюк пылинку.
— Я всего лишь пытаюсь тебе помочь.
Разумеется.
— Я это ценю.
— Ты сказала Стейси, что тут у нас происходит? — спросил он.
— Да, я предупредила ее.
Фицпатрик хмуро кивнул.
— Правильно сделала, но все равно я не могу понять, зачем тебе переезжать к сержанту Мерфи, если ты можешь пожить у кого-то из нас.
Эвелин проигнорировала нотки осуждения в его голосе. Помимо явной ревности, он откровенно считал, что ей не к лицу иметь дело с кем-то вне их узкого профессионального круга.
— Он живет ближе всех к тюрьме. Я же смогу быть в курсе того, как продвигается расследование, а также при необходимости оказать ему посильную помощь.
Фицпатрик скептически выгнул бровь.
— И это все? Или между вами что-то есть?
Ее личная жизнь его не касается. Эвелин крайне удивило, что он вообще задал такой вопрос, учитывая то, как быстро он дал задний ход, когда она отвергла его ухаживания.
— На данный момент это самое мудрое решение, — ответила она. — В любом случае, я сообщила дурное известие, и теперь хочу знать, что привело тебя ко мне.
Фицпатрик почему-то не торопился с ответом.
— Я вся внимание.
— Хьюго Эвански, — наконец произнес он.
— А что с ним не так?
Она пропустила сегодняшнюю сессию с ним. Впрочем, после того, через что она прошла, Фицпатрик вряд ли станет отчитывать ее за это. Ведь есть ли в Ганноверском доме человек, более преданный делу, чем она?
— Мне о нем доложил офицер Уиткомб.
— Гленн? — Эвелин крепко сцепила руки. — Но по какой причине?
— Он озабочен твоей безопасностью. По его словам, Хьюго прикладывает неимоверные усилия к тому, чтобы встретиться с тобой наедине.
— Я уже встречаюсь с ним наедине, трижды в неделю.
Фицпатрик подался вперед.
— Я имею в виду, без соответствующих мер безопасности.
Эвелин такая забота задела за живое.
— С какой стати офицер Уиткомб решил озвучить свои сомнения именно тебе? — Хотя Гленн и был ей симпатичен, подобного рода шаг она восприняла как предательство.
— Он испугался, что ты можешь согласиться.
— В таком случае почему он не поговорил со мной? — спросила она. Впрочем, она понимала: Глен считал, что таким образом заботится о ней, пытается ее защитить.
— Он подумал, что я поговорю с тобой, напомню, что это было бы большой ошибкой.
— Тим, я отлично понимаю опасность.
— Прекрасно. Этот Эвански готов обещать тебе любую информацию, лишь бы поставить тебя в неловкое положение. Да ты и без меня знаешь все их уловки. Тебе нет необходимости рисковать собой ради очередной порции лжи.
