Папа согласие дал охотно: чувствовал некоторую неловкость, Док чересчур легко смог убедить его в том, что мне нужно лечь в больницу. Сейчас Папа не очень-то интересовался мною. Не то чтобы вдруг охладел к «дочке» или жалел о том, что оставил меня в своем доме, просто в настоящий момент его одолевали другие заботы.
— Куда? — спросил Резо, как только мы выехали из ворот.
— К телефону, — ответила я. Однако дозвониться в тот вечер Скобелеву мне так и не удалось. Еще надо было встретиться с Орловым, попытаться убедить его в том, что Док свихнулся, ну и заодно пошарить в его мозгах. Я набрала номер, услышав знакомый голос, поздоровалась и сразу перешла к делу:
— Евгений Петрович, надо встретиться и поговорить. В понедельник ложусь в больницу, есть дело, которое не могу бросить на полдороге. За эти дни не управлюсь, так что нужна ваша помощь.
— Что за дело? — вроде бы недоверчиво спросил он, а я понизила голос:
— Я звоню из автомата, здесь полно людей. Может, вы приедете ко мне на квартиру, разговор займет около часа. Сможете выкроить время?
— Ты живешь у себя? — насторожился он.
— Нет. Но вечером буду там.
— Когда подъехать? — подумав, спросил Орлов.
— Да когда вам удобнее.
— Скажем, часов в восемь, хорошо?
— Жду, — обрадовалась я.
Мы отправились в центр и пару часов бродили по магазинам. Женщина, которой позволили купить себе столько подарков, сколько она захочет, и вернувшаяся с пустыми руками, несомненно, убедит окружающих в том, что она сумасшедшая. Сумасшедшей я буду только с понедельника, так что следует себя порадовать. Изрядно потратившись, мы вернулись к Папе.
А дальше началось сплошное невезение. Сначала пришлось позаботиться об ужине, для этого съездить в магазины за продуктами (продуктов всегда покупали помногу с расчетом на несколько дней), потом Папу потянуло на лирику, и он завел со мной беседу, а затем решил сыграть в шахматы. Стиснув зубы, я делала вид, что это лучший день в моей жизни.
«Орлов может позвонить, убедится, что меня нет дома, и на встречу не пойдет», — с тоской думала я.
Без пятнадцати восемь, лишившись остатков терпения, я вдруг вспомнила, что не купила свечи для праздничного торта. Универмаг работает до десяти, и я вознамерилась ехать немедленно. Папу мое решение не только не насторожило, но даже не удивило. В общем, мы с Резо полетели сломя голову ко мне на квартиру, но все равно появились там с опозданием в полчаса. Орлова, конечно, не было. Я чертыхалась и принялась ему звонить, но ни дома, ни на службе застать его не смогла. В крайней досаде пнула кресло, и мы отправились домой.
Ночью ко мне явился Резо. Было это крайне неосмотрительно, поскольку Папа находился дома, но я сочла за лучшее его не гнать. Во-первых, это было бы недальновидно, во-вторых, просто не хотелось.
— Тебя здесь что-нибудь держит? — спросил Резо, когда я меньше всего на свете была настроена разговаривать.
— Где?
— Ну… в этом доме…
— Меня держишь только ты, причем больно…
Он испуганно разжал ладонь, а я фыркнула:
— Да ладно, я пошутила. Ты вообще-то понимаешь шутки?
— Твой Док опасен. Почему он хочет упечь тебя в больницу?
— Как думаешь, я правда чокнутая?
— Не знаю, — подумав, ответил он. — Для меня это не имеет значения. Чокнутая, значит, чокнутая, тут уж ничего не поделаешь.
— Вот утешил, — опять фыркнула я.
— Ты никого не слушаешь, это плохо. Твой Док опасен, он что-то про тебя знает, а мне ты не объясняешь, что к чему, из-за этого я нервничаю.
— Нервничать не стоит, — заверила я. — Лучше поцелуй меня.
Однако на следующий день я сама занервничала, да еще как. Мы отправились на загородную прогулку (предполагалось, что, перед тем как лечь в больницу, мне стоит немного побыть на свежем воздухе). Я сразу же стала высматривать телефон. Резо предложил свой сотовый, ну и нарвался на несколько добрых слов, затих и сосредоточился на дороге.
Скобелеву я звонила в течение двух часов и все без толку, трубку снять не пожелали. А я начала злиться. Время поджимало, дел невпроворот, и вдруг такая неудача. Намотав по городу не меньше сотни километров, я, чертыхаясь, собралась возвращаться к Папе. Потом неожиданно передумала и сказала Резо:
— Давай заскочим к нему домой. Для начала просто проедем мимо.
Беспокоилась я не зря. Только мы свернули во двор нужного дома, как увидели Дока. Он выскочил из подъезда, где жил Скобелев, и на нем, как говорится, лица не было.
— Тормози! — завопила я и бросилась к нему.
К этому моменту Док стоял, точно соляной столб, пытаясь решить, куда бежать и что делать.
— Док! — крикнула я, после того как трижды позвала нормальным голосом и даже подергала за локоть. Он вроде бы очнулся, посмотрел на меня белыми от ужаса глазами и попытался удрать. Однако от Резо так просто не сбежишь. Он ухватил моего бывшего друга за шиворот и впихнул в машину. Мы отъехали метров на пятьсот, Док начал приходить в себя и вроде бы испугался еще больше.
— Это ты… — прошептал он невпопад.
