— Какого хрена тебе тут надо?
— Да вот, зашла проведать тебя. Услышала, что ты в больнице, дай, думаю, заеду, поговорю, — она дотронулась пальчиками его руки.
— Пошла вон.
— Ну-ну, не надо так, дорогой. Я еще не все сказала. Ну что? Поверил, что я смогу доставить тебе неприятности? — она усмехнулась, а Дмитрий отвернулся от нее. Она тут же изменила тон, голос стал злым. — Я тебя предупреждала, что ты мой и не потерплю рядом с тобой других женщин. Ты не захотел меня услышать и проникнуться, решил вдруг жениться. Так это мой подарок на твою несостоявшуюся свадьбу. Я даже рада, что эта Королёва бросила тебя. А я добавила, — тут женщина рассмеялась противным смехом.
— Ты довольна? — спросил Дмитрий, поворачивая к ней голову.
— Не совсем, — она снова стала серьезной. — Ты понял, что я не люблю шутить? А поэтому у меня к тебе предложение, от которого ты не откажешься. Сейчас ты подпишешь кое-какие бумаги о том, что продаешь мне свою компанию. Вернее, не мне, а моему доверенному человеку.
— Нет, — перебил ее Дмитрий.
— Ты меня не дослушал. Так вот. Ты сейчас подпишешь все необходимые бумаги. Я даже заплачу тебе приличную сумму. Не такую, конечно, как ты мог бы подумать, но так, чтобы на жизнь хватило. И мы расстаемся с тобой насовсем.
— А иначе что?
— А иначе лишишься всего. Просто где-то загорится проводка. Ты же сам знаешь, что пожарные нашли целую кучу нарушений на твоем производстве. Все может сгореть и тогда это вообще никому не будет нужно. А восстанавливать все это у тебя просто нет денег. Я же права? Я слышала, что ты срочно продаешь все свое имущество, чтобы заплатить неустойки? Так вот, я дам тебе денег. Или…
Она замолчала, глядя на Дмитрия с кривой ухмылкой.
— Думаю, пару минут на решение тебе хватит. Ну или могу еще предложить — ты возвращаешься ко мне, я развожусь с мужем, мы поженимся, твоя компания останется у тебя, я тебе еще помогу. Мы будем жить счастливо. Я, как это ни странно звучит, все еще люблю тебя. Думай. У тебя есть выбор. Но учти, стать моим мужем я предлагаю последний раз.
— Я согласен, — процедил Дмитрий сквозь стиснутые зубы. Эта тварь действительно могла спалить все то, что у него еще осталось. Жениться на ней? Да Боже упаси. Только вот как на все это посмотрит ее муж, что потом от него еще ждать.
— Жениться?
— Нет, подаритьтебе свою компанию, — процедил сквозь зубы Дмитрий.
— Вот и замечательно, — снова в ее голосе послышались мурлыкающие нотки. — Евгений, будьте добры, дайте Дмитрию Семеновичу бумаги на подпись.
Когда Дмитрий подписал все бумаги, Лиля подошла к нему, впилась поцелуем в губы, потом поднялась и сказала:
— Это тебе, дорогой, на память от меня, чтобы помнил, что женщин обижать нельзя. Чао!
И она вместе с мужиком вышла из палаты, оставив за собой шлейф дорогих духов.
Дмитрия выписали на десятый день. В больнице все время с ним постоянно находилась мама. Отец взял на себя решение всех проблем с компанией, имуществом, партнерами.
Игорь пришел к Дмитрию проведать друга на третий день.
— Извини, только сегодня узнал, что ты здесь.
— Прошу, ничего не надо говорить, — сказал ему Дмитрий.
— Я и не собирался. Просто решил по-дружески проведать тебя. Как ты?
— Никак, нет меня, умер. Как у тебя дела?
— У меня все хорошо. Совсем скоро появится на свет наша Лида.
— Завидую тебе.
Они помолчали. Дмитрий многое хотел спросить у Игоря и даже сознаться ему, что был дураком, когда не слушал его. Слишком многое он передумал за эти дни и прекрасно понял, чего он лишился. Все чаще вспоминал Елену, ее последние слова «Я любила тебя» и проклинал сам себя за свою дурость, глупость, слепоту. Не видел ее нежность, нетронутость, страх перед неизведанным. Что ему мешало просто набраться терпения? У него в руках была настоящая Жар-птица, а он променял ее на ободранную ворону, которая доставила ему столько проблем.
Разговор с Игорем не получился. Друг быстро собрался и ушел. Перед его уходом Дмитрий только и смог сказать:
— Прости меня, если сможешь.
— Мне не за что тебя прощать. Ты сам принимал решения. Если не против, я еще зайду к тебе?
— Спасибо, друг.
Когда врач разрешил Дмитрию подниматься, он стал выходить на улицу в скверик возле клиники. Он садился на скамейку и думал, что ему делать дальше. Практически, у него ничего не осталось. Только маленькая квартира и все. Все остальное пришлось отдать. Родители обещали поддержать его, но Дмитрию уже ничего не хотелось.
А за два дня до выписки получил новый удар под дых.
Он сидел в скверике на облюбованной им скамейке, которая находилась в окружении красиво подстриженного кустарника. На другую скамейку, которая находилась с другой стороны кустарника сели две медицинские сестрички.
— Я слышала, в вашем отделении Стешников лежит? Боже, какой он все-таки красавчик, я завидую тебе, — спросила одна.
Дмитрий замер, не желая выдавать своего присутствия.
— Ага, красавчик. Чуть не помер. Любовница его траванула каким-то возбудителем. Его еле-еле откачали. Еще бы немного и помер.