«Дорогой Виктор, – писала ему некая Екатерина Владимировна Рязанцева, – к сожалению, мы лишь совсем недавно узнали о вас и о том, что вы наш родственник. Я прихожусь вам двоюродной тетей, так как являюсь родной племянницей вашей бабушки Елены Васильевны Якуновой в девичестве Урванцевой. Я дочь ее сестры Ксении и в раннем детстве была знакома с вашей покойной матушкой. В дальнейшем, так уж распорядилась жизнь, наши семьи отдалились друг от друга, и связь между нами была потеряна. Соответственно, мы ничего не знали ни о судьбе Софьи, ни о том, что у нее родился сын. Теперь, когда мы узнали о вас, – нам сообщил об этом чиновник из МВД, – мы бы хотели возродить наше родство. Третьего июля я буду в Новгороде и, если вы не возражаете, хотела бы забрать вас на лето из вашей гимназии и познакомить с некоторыми из наших общих родственников. Я предполагаю взять вас с собой в Шлиссельбург и далее в Печору. Близ Шлиссельбурга находится имение, принадлежащее жене моего дяди по отцу – генерала Рощина, а в Печоре его собственное обширное имение. И там, и там по летнему времени ожидается много гостей, среди которых немало людей интересных, и я бы даже сказала, значительных. Будет там и много молодежи близкого к вашему возраста. Думаю, такие вакации позволят вам хорошо отдохнуть перед новым учебным годом и наконец познакомиться с вашей родней.
С уважением, Екатерина Владимировна Рязанцева».Это был неожиданный поворот, но, разумеется, поворот положительный. Родственные связи еще никому не повредили, тем более если среди вновь обретённой родни числится даже настоящий генерал. И еще одно немаловажное обстоятельство: это явно были не те родственники, которые хотели прибрать к рукам его громкий титул. А это, согласитесь, многое меняет.
* * *Родственники у Виктора оказались и в самом деле зачетные. Не то чтобы богачи и помещики, но в то же время люди отнюдь не простые и наверняка не бедные. Начать с того, что тот самый Рощин, к которому в Шлиссельбург повезла его Рязанцева, оказался генералом-лейтенантом пластуном и совсем недавно принял командование армейским корпусом. Однако имение «Кобонский Бор» – на самом деле старинный замок с современными пристройками посреди девственного леса – принадлежало не ему, а его жене баронессе Елизавете Аркадиевне фон дер Браге, которая на поверку оказалась контр-адмиралом Флота и носила почетный титул «княгиня Виндавская» за невероятные свои подвиги «на поле брани и в сложнейших экспедициях в неизведанные земли». Виктор читал о ней в книжке про Себерско-киевскую войну, которая по случаю завалялась у «деда» в замке на Филипповой Горе, и позже, в журналах, которые просматривал от скуки в поездах, путешествуя по Себерии в поисках подходящего интерната. Интересная женщина, но и гости у нее оказались не менее интересные.
