— Народ Меелинги! — обращается громогласно к собравшимся под холмом людям Огудал. — Вот оно, ваше истинное спасение! На чьей вы стороне? Нечестивого изменника, что предал все понятия о чести и совести, осквернил ваши обычаи? Или готовы поддержать новый свет магии, что вернет вам величие?
Одобрительный рев был ему ответом.
Что Меелинга еще не спит, видно было издали. Не пожар, но фонари и кажется, костры или много факелов, и человеческий гомон.
Время позднее, уже и Гориэл в небе светит. Раньше прибыть не получилось.
Дитмор понял: они опоздали. Дориана сидела на коне впереди него, согревая душу и тело.
— Я не явился к венчанию и в столице устроили беспорядок, — с горечью сказал кронпринц, — я не могу тебя туда везти. Давай, высажу в какой-нибудь деревушке, а потом заберу, когда станет спокойнее. Обещаю, всё наладится.
— Нет! — возмутилась Дори. — Мы проследуем в город вместе. Конь уже устал, еле нас держит. Если еще заезжать куда-то…
— Я могу оставить и его, ты знаешь, без коня доберусь еще быстрее, — не дал ей договорить Дитмор.
— Мы прибудем вместе, — твердо сказала Дориана, — я чувствую, только так сможем спасти Меелингу.
— Хорошо, возможно, ты права, — кивнул принц, прибавляя темп.
Коня было жаль, но беспокойство за родителей гнало его вперед. Улицы города полны народу. Люди растеряны, переглядываются, но драк и прочих буйств не видно. Хотя узнав принца, горожане заволновались.
— Вон он! Да не один!
— Довел до чего Меелингу! — слышал Дитмор выкрики. Но близко к нему подходить боялись.
— Сейчас я разберусь, что происходит! — внушительно постарался сказать принц, так чтобы услышали хоть ближние к ним. Но люди оскорбительно засмеялись, махая руками.
— Всё уже произошло без тебя, принц! — услышал он. — Мы дождались свою избавительницу, пока ты по девкам шляешься.
Тут же народ стал будто бы злее. К ним подвинулась толпа, у некоторых были факелы в руках.
— Я нашел свою истинную! — прокричал Дитмор, и голос его нежданно для него самого разнесся в пространстве. — А то, что вы принимаете за избавление — преступный замысел. Дориана, прошу, покажи знак!
Девушка, судорожно вцепившаяся в седло, помедлила немного. Но поняла, что без ее откровенности принцу придется несладко.
Она резким движением высвободила левую руку из рукава, подняла ее так, чтобы видно было.
И фонарный свет не потребовался, все разобрали, что там.
— И врямь она — предреченная! — пронеслось среди собравшихся.
— Тогда кто же — Золиданна?
— Или их две?
— У меня лишь одна истинная, — твердо сказал Дитмор, — и она сейчас перед вами. Как и было предсказано, я приложил большие усилия, чтобы найти её и представить своему народу. Так что, пустите нас. Нужно обо всем рассказать родителям.
Люди переглядывались, лица их были растеряны.
— Свергли родителей ваших, кронпринц, — сказал высокий детина.
— Это мы еще посмотрим! — яростно воскликнул Дитмор, пришпоривая коня. Уставшее животное дернулось вперед.
— Кто с нами? — позвал кронпринц.
И люди отправились следом.
Крепостная стена у дворца стояла, как прежде, но главные ворота открыты настежь, мог любой пришлый зайти.
Встретил их вооруженный отряд.
— Вот он, изменник! — зычно возвестил мужчина в военной одежде, с отличительными знаками старшего по званию. — Схватить его и проводить к остальным арестантам.
К остальным арестантам. Наверняка это его родители.
— Наша будущая королева вряд ли его простит! — добавил кто-то, невидный Дитмору. — Может казнить его сразу?
— Не было такого распоряжения! — рявкнул начальник. — Взять его!
— Что ж, попробуйте, — Дитмор почувствовал, как закипает в нем ярость, наливаются силой мышцы, пальцы становятся толще, а ногти роговеют. Вот-вот он превратится в Зверя. А не стоит этого делать, сидя верхом, когда к тебе доверчиво прижимается любимая девушка.
Она тоже почувствовала перемены в нем, положила руку на плечо ему.
— Не надо, Дитмор!
Ясный, чистый голос Дорианы словно отрезвил Зверя, заставив притормозить с превращением.
— Если магия Меелинги с нами, мы сможем показать это остальным. Я не боюсь!
И правда, выглядела Дори уверенной в себе. Прямо и открыто смотрела в перекошенные лица встречающих их военных.
Она взяла принца за руку, сплетая пальцы. Вдохнула полной грудью, словно собираясь с силами.
— Никак, блудный кронпринц к нам пожаловал! — раздался насмешливый голос. Воины расступились, пропуская Огудала, рядом с которым шел незнакомый мужчина во всем белом, но в глазах его плескалась чернота преисподней.
— Я знаю о твоей лжи, — спокойно произнес Дитмор, — и о том, кто помогал тебе. Он мертв.
— У меня теперь другой помощник есть, получше, — фыркнул царёк.
— Не заговаривайся, друг, — ласково поправил его жуткий спутник.
— Для моей дочери нашелся жених, который ее достоин, — не смутился Огудал, — сильный, мудрый. И вдвоем они сумели разбудить меелингу, что умерла после твоего предательства.
— А ведь так и есть! — ошарашенно сказал один из тех, что последовал за Дитмором и Дорианой.
— Не знаю, какие вы фокусы использовали, но их действие рассеется, как только ты захватишь власть, — холодно ответил кронпринц.
