– Кексы готовы. Кстати, ты была права – теперь я понимаю: машин для упаковки кексов не существует. Эти маленькие ублюдки сами упаковываются!
Я усмехнулась:
– Я что, так и сказала? Точно не помню… но спасибо. Ты не мог бы отойти? Надо вынуть противни, уже испеклось.
Он вскинул голову и нахмурился:
– Ты думаешь, я боюсь жара из печи? Ах, Вишенка, Вишенка, что мне с тобой делать? – Уильям положил свою лапищу мне на плечо и покачал головой: – Я схватываю на лету! Еще пара минут, и я во всем разберусь!
Я выразительно обвела глазами царивший вокруг беспорядок, постаравшись вложить в этот взгляд побольше скептицизма.
– Ну, если ты уверен… Вытащи хлеб и поставь вон туда.
Он поднял руку, как бы давая понять, что обойдется без подробных указаний.
– Не переживай, соображу, как вытащить хлеб из печки.
Одной рукой он потянулся за мокрым полотенцем, висевшим на краю раковины, а другой дернул дверцу печи.
– Уильям! – крикнула я. – Нельзя мокрым полотенцем брать горячий противень!
Он засмеялся:
– Учись, Вишенка! Вода охлаждает горячие предметы. Мокрое полотенце даже лучше… ЧЕРТ!
Он отдернул руку и затряс ею, сжимая запястье другой рукой.
Обжегся Уильям довольно сильно. Я усадила его на стул у себя в кабинете, наложила повязку и отступила на шаг – полюбоваться.
– Заживет. Кажется, ожоги надо проветривать каждые полчаса… Я ничего не путаю? Медик из меня не очень… – Я иронически улыбнулась: – Ну ты-то, наверное, и в этом деле крутой спец?
Он ухмыльнулся:
– Представь, у меня есть еще один талант – я бесподобно умею просить прощения. Прости, пожалуйста, я вел себя как идиот. Ты права, в пекарском деле я полный профан. И, вероятно, в общих навыках выживания на кухне…
Я засмеялась:
– Я не говорила, что ты профан. Не вундеркинд, конечно, но наверняка после некоторой практики…
– Если наставником будешь ты – я согласен. Давай как в «Привидении»! Ты – Патрик Суэйзи, стоишь у меня за спиной, а я усядусь на этот… на миксер. Сначала ты будешь учить меня готовить, потом я тебя… только свет надо будет выключить.
– Что можно приготовить при выключенном свете?
Он прищурил глаза:
– Мало ли… Черт, ты серьезно?
Я засмеялась:
– Шучу!
Я вдруг заметила, что закусила губу, – верный признак того, что я просто наслаждаюсь этим разговором! Нашла время! Вот-вот толпа клиентов выломает дверь – если рекламный прием Уильяма сработал.
– Только у меня вопрос…
– Какой? – спросил он.
– Почему это я Патрик Суэйзи? Я хочу быть Деми Мур!
– Давай по очереди!
– А еще Чамберсоны выталкивают мальчишек из окон, спят со своими сестрами… Да?
– Если мальчишки нарываются… И у меня единственный брат, никаких сестер. Так что – нет. Я только насчет долгов, вот и все мое сходство с Джейми Ланнистером из «Игры престолов».
– А жаль. Бой на мечах – это было бы круто!
– Могу научиться!
Я засмеялась:
– Так же, как управляться на кухне? Тогда ты просто не успеешь освоить эту науку, тебя покрошат на мелкие кусочки!
– Это совсем другое. Печь пироги гораздо труднее, чем кажется. Вот скажи, почему ты решила этим заниматься?
– Потому что… ну, это дает мне чувство безопасности.
– Да, конечно, – покачал он головой, поднимая обожженную руку.
Я усмехнулась:
– Люблю правила, а в этом деле они всегда одни и те же. Не надо спешить, рисковать, делай все по рецепту – и будет результат. В обычной жизни все наоборот. Не поторопишься – и счастье пройдет мимо. Поосторожничаешь – и упустишь кучу возможностей. Почему-то так.
– Ты слишком строга к себе. Ты уже рискуешь – сидишь здесь рядом со мной.
Я вскинула брови:
– А это опасно?
– Конечно! Я очень опасен. Меня даже называли преступником. Психом!
– Мой персональный воришка… – Я лукаво улыбнулась.
Раздался звон колокольчика над дверью. Я вдруг осознала, насколько близко стою к Уильяму. Выпрямилась, кашлянула. Розовый любовный туман, окружавший меня, мгновенно испарился.
– Если твой маркетинговый ход сработал, то пора начинать.
– Пойду помогу, – сказал он.
Кончиками пальцев я дотронулась до его плеча, убеждая остаться.
– Я уже насмотрелась, как ты мечешься по кухне – будто рыба, выброшенная на берег! Лучше останься.
– А-а, – сказал он, откидываясь на стуле. – Ладно. Посижу тут немного.
Я ожидала большего сопротивления, но и не возражала бы, если бы он вздумал уйти.
– Знаешь, тебе необязательно здесь торчать. У тебя наверняка куча всяких важных дел на работе?
– Все нормально. – Он вытащил телефон и похлопал по нему. – Если надо, Брюсик позвонит. Не могу же я допустить, чтобы моя маленькая Вишенка сама расхлебывала эту кашу!
Мне стало смешно.
– Твоя
– Это выражение нежности. Чем противнее это слышать одному, тем больше значит для другого.
– Понятно… То есть, если я назову тебя клептоманом, это тоже будет выражение нежности?
– Нет. Это будет просто обидно. Во всяком случае, сегодня утром я спер только одну вещь, так что не преувеличивай.
– Ты что-то украл?
