Можно ли повлиять на волю драконьей королевы? Она не мужчина, на женские уловки не поддается.Переместившись в соседнюю страну, я ожидала чего угодно, но не возможного замужества. Плевать властительнице на чувства, истинность и любовь. Чтобы держать при себе талантливого мага, она готова пойти на все, но забыла, что с ней могут не согласиться. Пользуясь поддержкой соратников, я поменяла ее планы.Какого было мое удивление, когда я узнала, что все не так, как кажется. Поймут ли меня друзья, родные? А он? До сих пор не могу к нему привыкнуть.
В особняк преподавателя приехали друзья. К каждому пришло оповещение, что их ждут в столице Рэйвенара. Полагаю, Конор известию не удивился, а семья подруги, наверное, пришла в полное замешательство. Печати Дорогона слишком вычурно, слишком явно выделялись на бледном, бежевом пергаменте. Но без официального прошения адептку Эллион никогда бы не отпустили.
– Блейк, поверить не могу, – Лусиэнь пребывала в восторге. – Как ты это провернула?
Ее радость я не разделяла. Последнюю неделю, разозлившись на Стоуна, Киран и отец, сменяя друг друга, каждый день являлись в его дом. Они оба рассказывали мне о коварстве драконьей королевы. Я запоминала все подряд и с такой же легкостью выбрасывала их информацию из головы. Брата и папу я любила, но предпочла строить отношения с далекой родственницей, исходя из собственных наблюдений. Первым делом я потребовала, чтобы Лу поехала вместе с нами.
Теоретически господин Рей мог мне отказать, но после поцелуев, после проявленного интереса, он буквально размяк. Превратился в молочный пряник, которым я славно управляла (позже я осознала, что ошиблась). Написал прошение Ее Величеству, объяснил мои требования, и она… позволила. Даже не так, она в ответ написала не нам, что со всем согласна, она лично отправила приглашение Эллионам. Обещала эльфам защиту, охрану и образование для их любимой дочери. Естественно, чета согласилась. Их любимая эльфиечка предстала в совершенно ином свете. Раньше, она могла бы довольствоваться скромным местом, заурядным браком по меркам Сантиора, но теперь… Думаю, ее родители после отъезда Лусиэнь будут подыскивать ей знатного остроухого жениха.
Не буду их разочаровывать. Я звала девушку для себя. Не смогу жить вдали от родных, если рядом не будет друзей. Но и о Кинге позаботилась. Он все чаще бросал на блондинку заинтересованные взгляды. Надеюсь, на родной территории тот будет более решительным, и ему не помешает никакой храбрый адепт.
О собственных чувствах я не думала. Наверное, зря.
Я и представить не могла, что настолько разочаруюсь в Рэйвенаре. Мне повезло, рядом всегда находился тот, строго соблюдал мои интересы.
Блейк
– Блейк, – подозвал меня Август, морщась из-за присутствия Стоуна, – ты все запомнила?
– Да, конечно, – я вяло ковыряла вилкой еду.
После всех событий дознаватель не оставлял нас наедине. Позволил один скупой разговор в спальне, запретил дипломату просить меня в обратно и всегда присутствовал при наших беседах.
К концу недели я начала сильно злиться. Легкое помутнение, что с ним произошло, осталось в прошлом. Со мной, с отцом и братом он вел себя безукоризненно вежливо, но отстранился. Будто и не было между нами ничего.
А вот сидевший неподалеку Киран не стеснялся в эмоциях.
– Стоун, перестань видеть в моем отце преступника. Блейк – его дочь, родная. – Последнее слово он подчеркнул.
Ни я, ни папа не решились признаваться кому бы то ни было в моих удивительных корнях. Драконий след был подтвержден, а демонский нет. Подобных полукровок пока нигде не встречали с радостью. Полагаю, если кто-то догадается о моей природе, в лучшем случае меня будет ожидать заточение, в худшем… Предпочитала об этом не думать.
Старший Уиллоуби хмуро уставился на сына. Какая бы ссора ни возникла между двумя чиновниками, Стоун все равно был не последним человеком ни в Сантиоре, ни в Рэйвенаре. Моему папе тяжело давалось мнимое смирение. Он мирился с чужим разочарованием, грустил обо мне и корил себя, что не подоспел на помощь вовремя. Собственный сын и правитель также не доверяли ему, но он все испортил со всеми отношения, ради меня, чтобы не выдать.
К счастью, брат был взрослым мужчиной, и если отец его чем-то расстроил, на мне тот не отыгрывался. Наоборот, в нем проснулась неожиданная нежность, местами ревность.
– Я бы доверял, – справедливо отметил дракон, вырывая меня из тревожных мыслей. – Возможно, умолчал, но меня вы в расчет не брали.
– А что можно было сказать? – вновь заговорил Киран. – Ее мать самостоятельно пожелала скрыть дочь? Папа выполнил приказ, приказ от вашей соотечественницы, между прочим.
Обедать в обществе трех разъяренных магов становилось все невыносимее. Громко вздохнув, обозначив свое недовольство, я отложила приборы. Пусть им будет хоть капельку стыдно.
– Простите, – посмотрела на семью, а после на Стоуна. – Я устала. Если никто не против, я вернусь в комнату.
– Блейк, – расстроился отец. – Останься.
Завтра вечером, практически ночью, меня, господина Рея и друзей ожидало длительное путешествие. Естественно, папа желал со мной не расставаться. Будь его воля, он бы сам оседлал первого попавшегося дракона и отправился вслед за мной. Возможно, гипотетический ящер потащил бы в зубах и Кирана. На спину бы не взял. После всего произошедшего у старшего братишки проявилась стойкая аллергия ко всем чешуйчатым.
