— Мы должны…
Впервые после перемещения Эван обратил внимание на Кейли. Он засомневался: она изменилась. Он помнил прежнюю Кейли как неуклюжую девчонку-сорванца в мешковатых платьях, с растрепанными волосами и потупленным взглядом. Девочка, которая стояла перед ним сейчас, была другой. Яркая и женственная, почти девушка, в красивом платье.
— Ты потрясающе выглядишь… — пробормотал он, забывшись на минуту.
До них снова донесся собачий визг, и Эван опомнился. К нему вернулось понимание того, зачем он здесь. Он посмотрел вокруг и увидел кучу мусора.
— Мне нужно кое-что сделать!
Обеспокоенная Кейли позвала его:
— Что происходит, Эван? Может, нам стоит позвонить пожарным или…
— Нет! — перебил он ее. — Мы должны сделать это сами!
Он начал рыться в куче мусора, отбрасывая в сторону доски, старые газеты и тряпки.
Озадаченные Кейли и Ленни с беспокойством наблюдали за Эваном.
— Нам понадобится что-нибудь, чтобы разрезать мешок!
— Мешок? — пробормотал Ленни. — О каком мешке он говорит?
Рука Эвана наткнулась на что-то острое, и он вытащил из кучи мусора изогнутую железку. Это был широкий плоский предмет, острый, похожий на лезвие. Эван удовлетворенно кивнул. Пойдет.
— Эван, ты пугаешь меня… — сказала Кейли, но Эван проигнорировал ее замечание и протянул железку Ленни.
— Я хочу, чтобы ты взял это, Ленни. Поверь мне.
Ленни посмотрел на железку, потемнев лицом.
— Я… мне нельзя быть здесь…
— Послушай меня, — надавил на него Эван. — Сегодня твой день искупления. Я знаю, что ты чувствуешь себя виноватым за ту женщину и ее ребенка…
— Эван, остановись! — перебила его Кейли. — Не мучай его! Сейчас не время…
— Сейчас именно то самое время! — ответил он ей с напором в голосе. — Ленни, сегодня твой шанс искупить свою вину и сделать все правильно. Ты можешь начать все с чистого листа…
Лицо Ленни выражало смущение.
— Э? О чем это ты? Я не понимаю…
— Ты ведешь себя как сумасшедший! — чуть не плакала Кейли.
В голосе Эвана появились нотки отчаяния.
— Пожалуйста, Ленни. Если ты верил Мне раньше, то поверь и сейчас.
Он сунул железку в руки подростка.
— Перережь веревку.
Ленни нервно кивнул и прижал металлическую штуку к груди.
Эван виновато посмотрел на Кейли. На ее лице было написано смятение и беспокойство.
— Пошли, у нас мало времени.
Он побежал, и, поколебавшись, Кейли и Ленни последовали за ним к дыре в проволочном ограждении.
События происходили так быстро, что Эван едва поспевал за ними. Они увидели Томми, стоявшего у костра, который он развел рядом с автомобильным прессом. В воздухе висел запах дыма и бензина. Увидев их, Томми сплюнул и прорычал:
— Ты! Я еще не закончил!
Пес заскулил, и взгляд Эвана уткнулся в шевелившийся рюкзак.
— Крокет! Ты, сукин сын, что ты делаешь с моей собакой?
Томми вылил бензин на рюкзак и бросился на Эвана с палкой, но на этот раз Эвану не понадобилось предупреждение Ленни, и он пригнулся, уворачиваясь.
— Кейли… — крикнул Эван, но опоздал на секунду, и Томми ударил сестру. Это привело его в ярость. — Посмотри, что я из-за тебя сделал!
Эван поднял руку, останавливая его.
— Да что с тобой?
Томми снова пошел на Эвана. сбив того с ног. От боли в глазах Эвана зарябило. Он развернулся в сторону Ленни, но того не было видно.
Эван окликнул Кейли, но она лежала в грязи, не подавая признаков жизни.
— Кейли! Очнись! Пожалуйста, очнись!
— Почему бы тебе не поцеловать ее, прекрасный принц! — крикнул Томми, подлив в костер бензина. Подросток схватил палку свободной рукой и нанес еще один удар. Голова Эвана откинулась назад, и он почувствовал, как кровь заливает ему лицо.
Не давая ему прийти в себя, Томми начал пинать его по ребрам и в живот. Эван закашлялся и сплюнул кровавый комок.
Над ним возвышался Томми.
— Слушай меня внимательно, Эван… «В этом мире миллион других сестер. Не надо было тебе связываться с моей!»
Эван услышал эти слова еще до того, как Томми их произнес. Он хрипло выдохнул:
— Подожди, Томми. Просто выслушай ~ Меня. Я сделаю все, что ты скажешь.
Перевернувшись, Эван пригвоздил противника твердым взглядом.
— Если ты хочешь, чтобы я никогда не встречался с твоей сестрой, я не буду. Просто отпусти Крокета.
Томми дрогнул: он не ожидал такого ответа, и это застало его врасплох.
— Кроме того, — продолжал Эван, — если ты убьешь Крокета, то тебя отправят в колонию для несовершеннолетних. Ты проторчишь там до тех пор, пока тебе не исполнится двадцать.
Он высматривал в глазах Томми понимание и, к своему удивлению, нашел его.
— Тебе это не нужно. Я знаю, что ты не оставишь сестру со своим отцом. Ты просто хочешь ее защитить.
Слова Эвана, как ни странно, достигли цели, и лицо Томми смягчилось. Эван увидел отблески настоящей благодарности на лице своего противника.
— Я…
Томми упал на колени рядом с мешком и начал развязывать веревку, но внезапно воз дух разрезал вопль ненависти. Эван повернулся и увидел выскочившего из-за старого «Фольксвагена» Ленни, размахивающего острой железкой, как коротким мечом. Томми удивленно поднял глаза, следя за тем, как самодельное лезвие опускается на него.
