— Лив, — услышала она тихий голос Саманты, сидевшей на полу перед диваном и зажимавшей в ладонях руку матери, — пожалуйста… помоги.
Она не помнила, как и что делала, будто бы находясь в трансе и некой панике от увиденного количества крови, но всё-таки девушки смогли помочь миссис Уильямс: вместе с Сэмми отмыли её руку от алой субстанции, обработали порез, Саманта сумела остановить кровотечение и забинтовать предплечье матери, а Оливия отмыла пол от красных капель и выбросила в мусорку разодранную алюминиевую банку из-под томатного сока, которой и орудовала миссис Уильямс.
Сейчас же хозяйка дома лежала на диване, тихо посапывая и видя десятый сон, а девочки вновь сидели на кухне, запивая пережитый стресс горячим чаем. Всё тело Сэмми нещадно колотило, отчего синеволосая решила закутаться в тёплый плед, но это не помогало.
— Что это было? — решила начать разговор Лив, ведь в любом случае им нужно было обсудить случившееся.
Уильямс лишь дёргано пожала плечами, горько усмехнувшись.
— Обычное дело.
— Маниакальная фаза? — понимающе кивнула Тейлор.
— Нет, — покачала головой Сэм, — скорее наоборот. Это началось ещё в Портленде. Помню, я вернулась домой со школы, а там отец смотрит, как её на носилках грузят в карету скорой помощи. И вся ванна была залита водой. Такой… розовой. Я не знаю, что случилось, что послужило причиной, но папа очень испугался тогда… и подал на развод, когда маму выписали.
— Но почему вас оставили с ней? — нахмурилась светловолосая.
— У отца были проблемы на работе, его фирма по установке пластиковых окон обанкротилась. А маме досталось неплохое наследство после смерти нашей тёти, так что суд решил, что в финансовом плане будет разумнее оставить нас с ней. Под постоянным контролем психотерапевта. Но… ей стало хуже. Доктор Лэнг говорит, что под влиянием биполярного расстройства у неё прогрессирует клиническая депрессия.
Девушка прерывисто вздохнула.
— Когда ты убежала с матча… она снова сделала это?
— Да, — кивнула Сэмми, — впервые после Портленда. Мне позвонил брат, и я прибежала как раз тогда, когда приехала скорая. К счастью, мы успели.
— Это ужасно, — прошептала Оливия, аккуратно накрыв руку подруги, покоившуюся на столе, своей ладонью.
В глазах Уильямс блестели слёзы. Девушка попыталась их сморгнуть, но вода предательски потекла по щекам. Она со всей силы сощурилась, пытаясь сдержать рыдания, отчего её лицо побагровело, и тихо всхлипнула.
Впервые Саманта не пыталась оправдать поступок своей матери, не пыталась притвориться, будто всё нормально, потому что нормальным ничего не было. Психическое состояние миссис Уильямс было критическим, это так злило Лив!
Всё было бы хорошо, если бы в этом мире проблему ментального здоровья воспринимали всерьёз. Если бы об этом действительно говорили: проводили бы открытые уроки в школах, устраивали бы плановые медосмотры с психиатрами, как это делают с эндокринологами и лорами. Да даже если бы плохое психологическое самочувствие считалось уважительной причиной для того, чтобы не идти в школу, всем бы уже стало легче… А так, проблема ментального здоровья присосалась к обществу, как какая-то неизлечимая опухоль, и не хочет никуда уходить. А общество не очень-то и хочет её лечить.
Светловолосая незамедлительно подбежала к подруге и крепко-крепко обняла, желая тем самым выразить свою поддержку, а Сэмми разрыдалась, уткнувшись в плечо Тейлор.
— Брата отправили обратно в Портленд, — сказала она, прерывисто дыша, — отец купил билет и забрал его к себе, а мне велел остаться и следить за мамой. Он сказал, что её приступы могут разрушить психику десятилетнего ребёнка… Но неужели он думает, что это никак не влияет на меня?! Что я совершенно спокойно могу каждый раз вырывать из её рук лезвие и зашивать порезы? Что это меня не уничтожает? Видеть, как родная мать хочет покончить с собой, и жить в постоянном страхе, что однажды ты можешь просто не успеть?
— А что говорит врач? — задала вопрос Оливия.
— Что её нужно отправлять на реабилитацию в специальный санаторий, но у нас нет таких денег!
Всё снова сводилось к деньгам. Любая человеческая проблема была связана с деньгами! Разве это справедливо?! Оливия терпела издевательства от отца, потому что у неё не было денег на аренду какой-нибудь квартирки — пусть даже самой маленькой, но зато отдельной! Сэмми не могла помочь маме с лечением, да даже Кэти, и ту попёрли из группы поддержки из-за денег!
— Мне жаль, — прошептала Лив, всё крепче прижимая к себе подругу, как бы пытаясь тем самым показать свою заботу.
— Мне тоже, — всхлипнула синеволосая.
Нет! Нет! Нет! Только не это! Саманта всегда запрещала Тейлор жалеть, о чём бы то ни было, а сейчас она с ней солидарна! Нет ничего хуже на свете, чем человек, теряющий надежду. Жалкое зрелище. Оливия почувствовала, как её сердце разбилось.
Ей так искренне хотелось помочь Саманте, сделать хоть что-то! Но что? Вселить в её мать абсолютное счастье? Отправить её в санаторий? Ничего она не могла сделать. Разве что только… быть рядом.
