Мама Маруся удивилась и замолчала. Глянула на меня уже осмысленным взглядом.
— Что будем делать?
Я посмотрела вперед. Там баба Шура, госпиталь. Но на горизонте, над Ростовом, в нескольких местах поднимался густой дым. Что-то там неладное творится. Я оглянулась назад. Избы деревни, откуда мы как раз шли, были чуть ближе. А вдруг мама Маруся до Ростова не дойдет? А в деревне люди, тепло…
Вдруг прямо перед нами (так показалось) в поле что-то громко упало, грохнуло, сразу оглушив, и обсыпало комьями земли.
— Бежим!.. — завопили мы обе, и, вцепившись в мешки, и друг в друга, бросились обратно, в сторону деревни.
… Ну вот, я и родилась. Некрасивое сморщенное мяукающее существо. Бедная мама! Она так из-за меня настрадалась! Удавить себя, что ли? Ненавижу детей!
Я взяла сама себя на руки. Я была такая маленькая, тепленькая… Спала и плямкала малюсенькими губками. Беззащитная такая… И тут я неожиданно поняла, что я себе очень-очень нравлюсь! И даже очень себя люблю! Несмотря ни на что. Я аккуратно и нежно прижала себя к себе.
Мама тоже спала. Тикали ходики в деревенской избе. Спасибо, доброй женщине, которая жила первой с края деревни. Повезло нам. Ну, есть же какие-то вещи!.. И хорошие люди.
Да, права моя баба Шура в далеком 1957 году. Да и в сорок первом тоже. Вывернутая у меня психика. Как можно плохо думать о таком чуде? В конце концов, зря я, что ли, маму со мной в животе и все мешки (мешки я не брошу!) под бомбами по полю тащила? Чуть сама не родила! Хорошо еще, что мама мной в поле не разродилась! Героическая женщина. Как я ее люблю!
Зря, что ли, не смотря на боязнь крови, я помогла тетеньке, хозяйке избы, роды мои принимать? Воду таскала, грела? И даже в обморок не упала, и ни разу не заплакала!
Теперь знаю, как дети рождаются. Больно рождаются для мам. Но получается, что? Зря мама страдала? Столько сил в меня вложено! — Нет, теперь я себя холить и лелеять буду! Спасут меня там или не спасут, вернут в мое время? Честно говоря, мне уже все равно. Буду здесь себе теткой. Заботиться буду о себе, и о маме. Следить буду, чтоб меня правильно воспитывали. Глядишь, так и войну переживем. И дальше жить будем.
Сердце пропустило еще один удар, и … дальше пошло. Отпустило меня. Что это было? Я не знаю, как случаются сердечные приступы, ну в смысле, на себе еще ни разу не испытал. Я не задыхался, просто успел осознать, что все, конец, сейчас все закончится, успел испугаться и успокоится, мысленно попрощаться сам с собой, с мамой и с папой, с дедушками и бабушками, прадедушками и прабабушками, теперь такими родными и близкими, и вдруг сердце вернулось на место. И заработало, как положено. Ух ты. Что это было?
В конце коридора открылась дверь, и в нее просочилась невысокая фигурка без халата. Кого это несет сюда посреди ночи без халата? И кого оно мне напоминает немножко… Лизка?! Нет, показалось… Фигурка сделала мне ручкой и стала приближаться.
— Привет, деда! — возле моего столика санитарного поста остановилась девчонка-подросток лет двенадцати, в розовой пижаме с вишенками, и протянула мне руку для приветствия. С Лизкой она не имела ничего общего, кроме роста.
— Я Алиса, твоя прапраправнучка. К тебе за консультацией. Нам в школе на дом генеалогическое дерево нарисовать задали.
— А попроще способ нельзя было изобрести? — устало вздохнул я, пожимая ее протянутую ладошку. Сложно меня теперь было путешествиями во времени удивить. Хотя неожиданный ход событий. Моя прапараправнучка? Это ж какой век? А, какая разница!
— Куда уж проще — из первых рук! Сам мне все расскажешь! — невозмутимо пожала плечами она. Логично.
— Почему я?
— А что ты тут делаешь? Ты же позже родился! — Не логично — вот мне и любопытно стало!
— Откуда ты знаешь, когда я родился? И что я здесь?
Она достала из кармана и протянула мне на ладошке… мой телефон. Только состарившийся немножко. Я взял его в руки, подержал, и ничего не понял. Достал из заднего кармана точно такой же. Только новый. И что?
— А! — мельком глянула на мой прапраправнучка — Это еще до апгрейда. Смотри!
Она, не забирая из моих рук своего телефона, ловко работая пальцами, открыла какое-то приложение, и стала листать сверху вниз список дат и фамилий. Ну надо же! Общаемся, как будто расстались вчера, и знаем друг друга сто лет.
— Что это? — я, как дурак, следил за ее манипуляциями, и мельканием символов в телефоне.
— Ну как что? «Смартфон человека XXI века!»[21] На даче на чердаке нашла. Твой! Смотри: ищешь в контактах имя-фамилию-отчество. В свойствах есть период жизни — год рождения, год смерти. Тыкаешь в период, раскрывается жизнь, по годам. Выбираешь нужный год. Он тебе раскрывает календарь, можно дату и время задать. Тыкаешь дату, он выкидывает тебя в карту, и ищет твое местоположение. Задаешь маршрут, потом вот эту кнопочку нажимаешь — и все. Я тут, с тобой. Элементарно!
Я уважительно покачал ее — свой смартфон в руке: — И что, теперь у каждого такой есть?
