Артём сильнее сжал её руку, а на его лице расцвела довольная хищная улыбка. Всё это было неправильно, глупо… бессовестно, но вместе с тем так захватывающе. И тут Тёма неожиданно запнулся за что-то явно тяжёлое и едва не упал. Благо в последний момент успел ухватиться за какую-то тумбочку, на которой тут же послышался грохот падающей вазы. Каким-то чудом он умудрился подхватить её и поставить на место, но шуму это всё равно наделало просто уйму.
– Алинка? – послышался сонный женский голос. – Что-то случилось?
Тёма замер на месте, не представляя, что сейчас будет, если эта женщина (судя по всему – мать его подруги), выйдет в коридор.
– Не, мамуль, всё хорошо, – спокойно отозвалась Аля, хотя саму дико трясло. – Я снова споткнулась о папины гантели. Не волнуйся.
– Опять он их бросил посреди коридора! – прорычала женщина и, судя по звукам, встала с кровати.
В тот же момент Алина потянула Тёму за собой и буквально втолкнула в крайнюю дверь. Он не сопротивлялся, его вообще вся эта ситуация безумно веселила. Будь он немного трезвее – начал бы паниковать. А так, всё получилось очень даже забавно.
Аля прикрыла дверь и снова вышла в коридор, где заспанная Ангелина Михайловна как раз включила свет.
– А ты это в чём? – выдала женщина, удивлённо разглядывая дочь.
Алина в ужасе уставилась на своё отражение в зеркальной створке шкафа и мысленно выругалась. Оказывается, она уже успела забыть, что на ней пиджак Артёма. И благо он ещё в лифте зачем-то застегнул на нём все пуговицы, потому что вид почти стянутого корсета Ангелину Михайловну явно бы не порадовал.
– Эм… – протянула девушка, пытаясь сделать вид, что всё в порядке. – Меня друг провожал, а на улице похолодало. Вот он и одолжил мне свой пиджачок. Как думаешь, мне идёт? – попыталась пошутить Аля, кокетливо пожимая плечами.
Но она упустила главное – её мама прекрасно разбиралась в дорогой одежде и даже в тусклом освещении коридора могла определить брэндовую вещь. Не зря же уже десять лет работала управляющей в бутике. Кстати, самом дорогом в городе.
– Не знаю, насколько тебе подходит этот пиджак, – сказала дама в ночной рубашке, – но его хозяина я определённо хочу видеть рядом с тобой.
В голове Алины вспыхнула мысль, что мама каким-то образом узнала о её госте и теперь требует, чтобы он показался, но её опровергла сама Ангелина Михайловна. Она довольно улыбнулась и, подмигнув дочери, добавила:
– Эта вещичка стоит как две зарплаты твоего дражайшего папочки. Уж поверь моему опыту – но деньги у этого твоего друга водятся, – потом усмехнулась и потопала в сторону кухни. – Не упусти мальчика. Я хочу такого зятя.
– Мама! – возмущённо воскликнула Аля, надеясь, что Тёма всего этого не слышал. Но тут же закрыла рот ладонью – не хватало ещё и папу своим воплем разбудить.
– Да не волнуйся ты, – иронично проговорила женщина. Потом покосилась в сторону своей спальни и добавила: – Он сожрал две таблетки снотворного. Теперь его и танковым залпом не разбудишь. Я, пожалуй, тоже одну выпью, не спится чего-то.
С этими словами она скрылась из коридора, и Алина, наконец, вздохнула с облегчением. А в стремительно трезвеющем мозгу молнией пронеслась первая здравая мысль за вечер: нужно как можно быстрее вывести Тёму из квартиры. И кивнув сама себе, она направилась в свою комнату.
Аля прикрыла дверь и тут же на всякий случай повернула замок. Вообще у её родительницы не было привычки заходить по ночам в спальню дочери, но перестраховаться всё же стоило. В коридоре снова послышались шаги мамы, а спустя минуту опять стало тихо. Всё это время девушка стояла неподвижно, боясь лишний раз пошевелиться и привлечь внимание к своей комнате и только сейчас смогла немного расслабиться.
Она резко обернулась, ища глазами своего гостя, и так и замерла. Тёма стоял у большого открытого окна, медленно курил и смотрел на город. В тусклом свете комнаты, освещённой только луной и окнами соседних домов, Артём выглядел сказочным ангелом, но казался ей очень грустным и каким-то разбитым.
Аля мигом забыла, и что хотела выговорить ему за курение в её комнате, и что собиралась выпроводить его из квартиры. Сейчас у неё было только одно желание – прижаться к его напряжённой спине и избавить от этой грусти. Почему-то ей было почти физически больно видеть его таким.
– Тём, – прошептала Алина, подходя ближе, но дотронуться до него так и не решилась.
Он прекрасно слышал, как она вошла, как и её разговор с матерью. Странно, но раньше его ни капли не волновало, что девушки так легко клюют на имеющиеся у него деньги. Он знал, что все его пассии делились на два лагеря: одни хотели «бабла», другие секса. Хотя существовали и такие, которым нужно было и то, и другое. Вот именно этих было абсолютное большинство. Его подобный расклад вполне устраивал, наверное, он и имена своих девушек перестал запоминать, только чтобы лишний раз доказать себе, что все эти связи ничего не значат.
