Я замерла, услышав легкие медленные шаги. Только он в свои одиннадцать вышагивал как взрослый, а еще не упускал возможности появиться в конюшне, когда там были мы с мамой.
Я встретилась взглядом с Джефри и невольно вжала голову в плечи. Его джинсы и футболка были испачканы травой, светлые волосы взъерошены и торчали в разные стороны, а на правой щеке была царапина.
– Джефри, доброе утро, – кивнула мама, широко улыбаясь.
Я взглянула на нее как на предательницу. Ее действия вызывали во мне раздражение. Фостер обижал меня, но она всегда была к нему добра, будто не замечала то, каким негодным мальчишкой он был.
– Здравствуйте, – буркнул он, хмуря свои светлые брови.
– Пришел покататься? – спросила мама.
– Да… мэм.
– Хелена, сколько раз повторять?
– Да, мэм, вернее, Хелена.
Мама одобрительно покачала головой.
– Так-то лучше. Мы с Барбарой собирались погулять и не будем против компании, хочешь с нами? – Я выпучила глаза после ее предложения адресованного Фостеру. Взгляд Джефри на несколько секунд задержался на моем лице, отчего-то его бледные щеки слегка покраснели, как если бы его охватило смущение, но затем он коротко кивнул.
– Да.
– Отлично. Попрошу снарядить еще одну лошадь, но сначала я хочу, чтобы ты переоделся.
Джефри замер на мгновение, и мне показалось, что он откажется, ведь Фостер никогда не любил форму для занятия верховой ездой и часто высмеивал за нее меня. Но вопреки моим суждениям он нехотя кивнул и поплелся к амуничнику.
– И не забудь шлем! – кинула она ему вдогонку.
Фостер что-то проворчал себе под нос, но отказываться не стал.
Мягкой щеткой я принялась смахивать пыль со Спаркл, проклиная тот день, когда Джефри появился в доме Фостеров.
– Придурок, – прошептала я, как только он закрылся в амуничнике.
– Где ты взяла это слово, юная леди? – в изумлении спросила мама.
– Ребята из школы так говорят.
– Это плохое слово и обидное, лучше тебе не использовать его.
Будто я сама этого не знала.
– Зачем ты пригласила его с нами? – так тихо, словно в тот момент он прятался за моей спиной, спросила я.
– Потому что больше некому пригласить его, – ответила она.
– Он ненавидит меня, – пожаловалась я, отводя взгляд в сторону.
Мама вздохнула.
– Это не так, детка.
– Ничего ты не знаешь…
– Знаю и побольше твоего, – мягко улыбнулась она. – Я думаю, когда ты станешь старше, то поймешь, о чем я говорила. Отношение Джефри к тебе изменится.
Я выросла, но поняла лишь то, что придурок – слишком безобидное слово, если речь шла о Джефри. А отношение его ко мне не поменялось ни на йоту.
Теплый ветер трепал короткие прядки волос, выпавшие из высокого хвоста на моей голове. Я постоянно щурила глаза, ведь эти пряди закрывали мне весь обзор. Герцогиня подо мной громко фыркала, наслаждаясь теплым солнышком. Я поощрительно похлопала ее по боку, когда мы возвращались с ней из леса.
У левады я заметила Джефри и Найта – жеребца, принадлежащего Фостерам. Мой глаз задергался при виде Фостера, пытающегося оседлать коня в джинсах.
Когда мы оказались рядом с самодовольным нарушителем правил, я резко натянула поводья, останавливаясь в двух метрах от Найта и его наездника.
Спасибо господу богу, Джеф был в футболке. Но джинсы? Серьезно? Я уже не раз говорила ему не садиться на лошадей в джинсах, но Фостеру было плевать на мои слова.
Склонившись над ушами Найта, Джефри что-то нашептывал ему, словно заклинал, не замечая ничего вокруг.
– Фостер! – крикнула я, когда поняла, что моя резкая остановка рядом с ним осталась незамеченной. Моя ярость поутихла, а боевой настрой таял на глазах, стоило ему выпрямиться в седле и обратить все свое внимание на меня.
– Для кого придумали форму? – резко спросила я, ощущая поддержку от внутреннего «я».
Его хмурый взгляд принялся блуждать по моему раскрасневшемуся лицу, а затем всего на секунду скользнул ниже, прямо к обтянутым серой тканью брюк ногам. Он едва заметно вскинул бровь, как бы говоря, что совсем не впечатлен. И это не удивило меня, Джефри никогда и не скрывал своей неприязни ко мне и к форме. Но какое мне дело до того, что он думает?
– Для выскочек вроде тебя, – коротко ответил он.
Я задохнулась, руки в перчатках с силой сжали поводья.
– Для выскочек? Между прочим, правильно подобранная одежда это комфорт и надежность, как для наездника, так и для лошади, – процедила я, чтобы мои слова, наконец, нашли пристанище в его голове.
Фостер нахально улыбнулся уголком губ и отвел взгляд в сторону.
– Зачем ты выучила слоган из рекламы?
– Это не слоган… – начала я, но потом решила не распинаться перед ним, все равно он не оценит. – Ты просто уникальный человек! Дикий, пренебрегающий всеми правилами неандерталец…
– Это комплимент, Барби? – перебил меня мерзавец. Кажется, наша перепалка забавляла его, чего не могу сказать о себе. Он кивнул головой в сторону леса. – Хочешь наперегонки?
С моих губ слетел смешок.
– Не вижу в этом смысла, ведь я все равно сделаю тебя.
