Да. Я начинаю скучать по Москве, не успев и пары дней насладиться Красным морем. А спустя неделю мне начинают сниться Бульварное кольцо и вид с веранды маленького заведения на Петровском бульваре. Из окон этого кафе видны заснеженная дорожка Бульварного кольца, немногочисленные прохожие, которые никуда не спешат, справа и слева автомобили, проезжающие мимо трехэтажных домов. А ты сидишь на веранде, в тепле, пьешь маленькими глоточками эспрессо и внимаешь древней Москве, окружающей тебя неторопливым уютом, странным сочетанием игры солнечных зайчиков на снегу и легкого морозца, играющего со стеклами окон и выдувающих странные послания на своем непереводимом морозном языке. И ты думаешь, как мало нужно для счастья тридцатилетнему москвичу типа меня. Свободный стульчик на такой вот веранде, чтобы смотреть в окно, интерьер вокруг, сочетающий в себе традиции старой дачной веранды и нового веяния металла, кожи и стекла, музыка модных DJ-ев и несколько симпатичных москвичек, сидящих через два-три столика, заливистый смех которых порождает счастливую улыбку человека, влюбленного в эту жизнь.
Знакомство с девушками мне всегда давалось легко. И я, кажется, знаю, как мне это удается. Людям приятно общаться с улыбчивым человеком. Улыбаться меня научил Лондон – город, где все друг другу улыбаются прямо на улицах. Пожив там всего месяц, я вернулся в Москву и улыбался буквально каждому прохожему, встречая особенное непонимание на лицах граждан в милицейских мундирах. Пару раз, получив достаточно жесткий вопрос, есть ли у меня документы и какую дозу наркотиков я употребил сегодня, улыбаться я стал реже, но все же в минуты общения с новыми людьми улыбка так и продолжает проявляться на моем лице как лондонское наследие.
Четыре дня работы пролетают как одно мгновение. Пятница вечер. Завтра суббота. Нас ждет корпоратив в Питере. С собой надо взять безумное количество одежды на все случаи жизни. Сначала нужно будет приодеться почти в смокинг для прохождения торжественной церемонии всеобщего братания. Затем срочно переодеться в костюм для валяния в снегу в двадцатиградусный мороз. Хороводы вокруг горящих в снегу волшебных часов. Тягучая, как масло, водка. Соленые сосульки малосольных огурчиков и немерзнущие сушки в качестве закуски. Фейерверк не хуже, чем над Красной площадью в Новый год.
Счастливые, замерзшие и слегка пьяные, мы снова переодеваемся, на сей раз в вечерние туалеты, и прибываем на праздничное застолье. Нас встречают бокалы с шампанским и актеры уличного театра в странных одеждах Арлекинов и Мальвин, рыжих и белых клоунов. Такие театры обычны для Европы, а в России пока еще редки. Всем предлагается сфотографироваться, облачившись во всевозможные венецианские маски, обернувшись в яркие газовые шарфы, взяв в руки древний кубок или меч.
Вечер удался. Почти четверть коллектива была вовлечена в театральные постановки. Помню, что в одном из спектаклей я был гориллой – телохранителем Тарзана, и мы спасали Снегурочку из рук человека-паука, очень похожего на первых летчиков в авиаторских очках. По замыслу режиссера, в завершение сценки все отплясывали канкан. Мужчин попросили засучить брюки. Надо признать, что мужские волосатые ноги во время канкана вызывали дикий восторг у женской половины коллектива.
Сотрудники пообещали подарить мне жуткий фотокомпромат в рамочке с участием моих шерстяных ног. Мы еще выпили. Музыка стала громче, свет – приглушеннее. Все пустились в пляс. Я сосредоточился на трех самых очаровательных девушках. Потанцевав с одной, спустя пять минут кружил другую, чуть погодя выпивал рюмочку и болтал с третьей. Чем больше млели сотрудницы, тем больший заряд положительных эмоций я получал. Надо ли говорить, что ни об одной из своих московских красавиц я и не вспомнил.
Подустав от танцев, я вернулся за стол и принял участие в поглощении горячего и многих рюмочек беленькой. Время шло к утру. Разговоры становились все более за бизнес, сначала за наш, потом – конкурентов, потом – совсем не за наш. Включенный свет в опустевшем зале и затихшая музыка застали меня пьющим почему-то виски, а не водку, в обществе очаровательной директора розничной сети.
Порассуждав немного о достоинствах алкогольных напитков и перспективах этого рынка, было решено разбрестись по номерам. Я провожал Олечку и получил заманчивое предложение еще погулять по двадцатиградусному морозцу. Кровь моя была горячей благодаря сорокапроцентному содержанию водки в крови. Я с радостью согласился, и мы, как дети, взявшись за руки, гуляли по зимнему парку. Нас что-то влекло друг к другу. Наверное, – это алкоголь. Он объединяет. Vodka – connecting people.
