- Их нет, - слово за слово и он всегда повторял эти два слова. От этих слов каждому становилось холодно. То, с какой болью он произносил их – хотелось рыдать навзрыд, но только не видеть его пустой взгляд. Даже порой, смех Кристины который был не всегда не заставлял его даже улыбнуться. Хотя бы повернуться на голос. Неделю он пришел в чем был и сел на диван и больше ничего не делал. Ни ел, ни пил. Все они были похожи на него. Никто ничего не ел ни пил. Никто ни мог говорить. Казалось – недавно знакомы, а будто потеряли что-то большее. Парни и девушки были обсохшими. Кожа, мускулы, да кости. Ребра торчали почти у всех. Только Розали набирала вес.
На часах два. Время идти на кладбище. Кэм подошла к Розали и помогла подняться. Теперь их двое в такой большой компании парней. Киллиан разрешил Перси и Юстасу остаться с ними и вступить к ним, так как Роза отныне в их компании. Правила недавно восшедшого в строй Мустанга не нарушены. Почти.
- Ее уже привезли, - шепчет Кэм. Ее голос звучит сухо, она толком не может говорить, то и дело запинается, делает вид что кашляет, но она просто сдерживает слезы. Розали кивнула подруге.
Гроб малышки стоял на дворе. У дома Гамильтонов. Ее некуда было везти, кроме как сюда. Парни аккуратно загрузили его в машину и отправились на сторону кладбища. Журналистов и других прилипал сегодня не было. Сегодня им было запрещено пересекать любые окрестности находящиеся поблизости. Нам не было их жаль. Меара разгневалась на них, когда они написали статью о сумашествии Мэлоро и о плане самой убить сестру Киллиана и собственную сестру. Она подала на них документы и в суд и выше, куда только она не дошла. Все вмиг отвергли эту информацию. Город затих.
Никого не было на похоронах, кроме тех, ко был всегда рядом. Когда церемония подошла к концу и уже самого священника не осталось и близко.
Розали со слезами бросилась на Скотта, Кэм упала на колени, Норману пришлось ее поднимать, но от собственного бессилия он сел с ней рядом. Клод молча подошел к Киллиану, который еле стоял на ногах. Перси и Юстас молча смотрели на это, не в силах произнести хоть слово. Впрочем, как и все. Железный забор для Бони, ее фото, статуя ангела на надгробье и надпись «
- Ты слишком заигрался, - Клод смотрел другу в глаза. В нем застыли льдинки, глыбы льда раскалывались и из них выливалась вся вода. Никто еще никогда не видел его таким. Даже на похоронах отца он держался и по нем не было видно, что он сожалеет.
- Я не хотел…- Шепчет он. – Я… Уже никогда не исправлю, - Киллиан мотает головой в разные стороны и сердце начинает обливаться кровью, при виде счастливой улыбки малышки на надгробном фото.
- Тут рядом, мой отец, - он указывает другу на соседнюю могилу и Клод там находит знакомую фамилию. Он переводит сконфуженный взгляд на друга. – Они мне были также дороги как и он, - со злостью говорит Киллиан. Клод прекрасно понимал – злиться он только на себя. – Я не делал этого!
- Я верю, главное и ты верь, что однажды, ты сможешь сделать еще что-то правильное для этой семьи, - Клод немного медлит, он смотрит уже в даль. Его взгляд стремиться куда-то за горизонт. Боль застывает в парне тяжелой глыбой. – Пускай даже, они и мертвы.
Слова ранили, но почему-то Киллиан был еще уверен в том, что просто так бы Мэлоро никогда не сдалась. Неожиданное чувство слежки заставило его повернуться к лесу и он увидел ее силуэт. Она была босая, в белом платье. Вся изрезанная и перевязанная. Она молча смотрела на него, затем посмотрела на надгробье. Киллиан не понимал, что это. Он протер глаза и уже никого не оказалось. Но он хотел видеть это. Уж лучше бы он сошел с ума и видел ее каждую минуту.
- Я найду тебя, Охман. Пусть даже мне самому придеться умереть.
Больше книг Вы можете скачать на сайте — Knigochei.net
