Следующая веха оркской истории обрисовывала орков в непрерывном движении. Они уходили из мест уничтоженных войной в новые земли, ища для себя лучшей доли. Но путь им преградил огромный пролив, разделяющий два континента. И орки поплыли на тот берег нетронутый войной. На плотах и небольших лодках они плыли по проливу, воды которого кишели чудовищами. Фрески одна за другой рассказывали о том, как в отчаянной борьбе орки гибли сотнями, но при поддержке шаманов били чудовищ и вели плоты с детьми к заветной Цели. А после переправы сложили огромный костёр на заветном берегу в честь павших. Воды пролива в дальнейшем были обрисованы красным.
- А вот этого в официальных источниках нет. Могу судить по фрескам, что поход дался орком дорогой ценой.
Вспоминающий тяжёлое прошлое своего вида Эрекшан провозгласил мёртвым голосом.
- Кровью оплачен был путь к новой Родине. Мархи взяла свою плату за переход из мира мёртвых в мир живых. Навеки окрасились воды Барьера Мархи кровью мучеников, павших в борьбе с тавнами(5). И не было в те дни ни радости, ни веселья от достижения желанной цели. Каждый орк потерял близких. Но не было у нас слёз, вымытых с наших лиц водами. И стал мировой океан солёным после тех слёз. Только проклятия неслись в ночи от измученных дорогой орков. С печалью, болью и гневом постигли орки великую мудрость. Лишь сообща можно выжить в этом жестоком новом мире.
Эрекшан встал со своего места и подошёл к турианцу.
- Садись, Даффик. Я лучше сам расскажу.
Спаратус увидел в глазах орка глубокую задумчивость и желание разобраться в происходящем, оглядываясь на уроки прошлого. Остальные не смели нарушить молчания, понимая, что шанс узнать истинную полную историю орков им ещё вряд ли выпадет.
И Эрекшан начал рассказ. Довольно живо он говорил об основных моментах. И начал с того, что через некоторое время после ухода Сакеша Огневика в Общность шаманов обуяла великая гордыня от сил, которыми они обладали. Могущество, знания и сила их росли год от года. И вместе с тем гордыня и жажда власти всё более овладевали умами. Красеры в конечном итоге вознесли себя на вершину и стали хозяевами жизни, сделав остальных рабами. Только те, кто обладал способностями мог рассчитывать на хорошую жизнь. Остальные находились под пятой шаманов.
И было так ровно до того момента, покуда один юный шаман в порыве гнева не убил своего младшего брата, у которого не было способностей к красерике. Причины братоубийства крылись в ловких манипуляциях старого шамана племени, который таким образом хотел разорвать всякую связь юного шамана с остальными орками. Но привело это прямо к противоположному результату. Юный шаман, увидев кровь брата на своих руках поступил прямо противоположно ожиданиям своего учителя, обрубив тому голову. И тем начав долгую борьбу с тиранией шаманов, окончившуюся провозглашением Орды и появлением вождей и жрецов -- избранников Общности, нивелировавших могущество шаманов и позволивших оркам построить социально ответственное государство.
В дальнейшем случилось несколько событий, которые определили особенности исторического развития орков. Но фундамент государственности заложенный Яруком Основателем остался незыблемым. Ни Война Технократов, ни Война Трёх Братьев, ни Отделение Странников не смогли заставить орков отказаться от социалистического пути построения государства. Всякий раз после войн государство орков пополнялось новыми социальными прослойками. Грышнак Зыз смог примирить гхойда-нарг (оседлых орков) с айда-нарг (орками-кочевниками), гумнарами-технократами и канди (орками-дикарями), посвятившими свою жизнь защите Природы.
По мере того, как Эрекшан рассказывал события предварившие приход Третьего Ашгана -- Грышнака Зыза, до собравшихся стал доходить масштаб всего исторического пути орков. Тысячелетия были потрачены орками на доработку напильником своего государства. Тяжелее всего слушать рассказ было Рексу и Башару. Урдноты невольно сравнивали свою историю с историей орков, и им было стыдно, что в своё время кроганы не смогли прийти к там же выводам, что сделали орки. А орки тысячи лет строили своё государство, находя способы сбросить свою агрессию в политических и военных стычках между племенами. Но как бы не бились на смерть племена орков между собой, Орда стояла незыблемой скалой, напоминая всем о прошлых ошибках.
