Особо опасной разновидностью древних хасков считались жунцели. Похожие на гуманоидов-скорпионов из легенд некоторых народов, эти монстры отличались большой подвижностью и отличной оснащённостью. Здоровенный скорпионий хвост служил масс-пушкой, а нижняя пара рук оканчивалась чудовищными клешнями, что с пугающей лёгкостью могли перекусить толстый вольфрамовый лом. Всё это в дополнение к мощному кинетическому щиту питаемому от батарей на спине чудовища. А в насмешку неведомые гады, сотворившие подобное с разумными, оснастили жунцелей ещё и емкостью с нулевым элементом на животе, поместив туда зародыши этого вида. В итоге получился универсальный шагоход на четырёх конечностях, обладающий биотикой. Прямо средний танк с кибер-мозгом. И своей верхней парой вполне нормальных рук жукеры могли вполне успешно взаимодействовать с окружающим миром. То бишь эти монстры могли взламывать консоли и брать в свои руки оружие павших, но чаще предпочитали использовать их для биотики.
Так что убедившись в отсутствии в системе древних могильников неизвестной расы, создающей хасков, кустодианцы поспешили улететь в систему Вдовы. Шепардов ждал их новый фрегат SR-2, названный по имени первого корабля "Нормандией". С оперативной быстротой Эрекшан обеспечил своих помощников новейшим кораблём вне очереди.
Шепарды не обольщались, ибо эта пташка точно потребует целой лавины средств на свою модернизацию. Газулбар с ходу принялся ругаться, требуя от своих начальников множества деталей. И его в этом поддерживал весь технический персонал. Грег Адамс потребовал модификаций для реактора, Тали -- улучшения для энерговодов и дополнительных терминалов, Гаррус ругался по поводу каких-то матриц для калибровки, а новички: Кеннет Донелли и Габриэлла Дэниелс с ходу вынесли мозг заумными рассуждениями о таких узлах корабля, о существовании которых Шепарды и не подозревали. Тогда от разбития лица ногами Кеннета спас только срочный вызов Шепардов на совещание Ареопага на Ур-Драгоре.
И хорошо, что остальные заёбы по поводу нового корабля взял на себя Чарльз, видя, что кустодес доведены до точки кипения. Благо большую часть вещей и целого оборудования удалось снять с разбитой старой "Нормандии". В условиях пересыщенной кислородом атмосферы и болотистых джунглей Нодакруса это отдельная сага достойная занесения в эпос.
Попутно с заселением в новый корабль, экипаж принимал пополнение и решал личные проблемы. Так на борту нового фрегата обнаружилась научная лаборатория. Руководить этим уголком натуралиста прислали Трию Нувани -- молодую полукровку азари и тарка, щеголяющую восемью гребнями вместо привычных шести. Тут же выяснилось, что доктор Нувани является женой Джеймса Веги. Сенсация была однозначной и весь экипаж перемывал кости новой парочке. Впрочем не обошли своим вниманием в разговорах и Гинацтеру. Ушлый интендант оказался беременным. И больше всего все обсуждали не то, что элкоры гермафродиты, а то, когда Гинацтера успел подзалететь. Элкор упорно отмалчивался, посылая всех любопытных к Шепардам. Соответственно самоубийц в экипаже не водилось. И вишенкой на торте стал отряд дополнительной поддержки под командованием здорового орка Саргука. Сам корнет Саргук Свирепый Кнур был образиной из пепельных орков, а потому от тарков внешне отличался только своей гипертрофированной мускулатурой и мордой лица, являя миру множество шрамов на бледной коже и свирепый взгляд тигра с белыми глазами. Волос на лице, кроме пепельной бороды не имел. А сама борода была довольно короткой. Остальные мордовороты из этого отряда были под стать своему командиру, отличаясь от командира только цветом кожи и волос, в остальном вид имея лихой и слегка придурковатый.
И потому сейчас, после того, как они доложились Хранителю Очага о проведённой миссии, мысли Русьяра возвратились к произошедшим переменам. Конечно потребность в новом корабле была и раньше, но в данный момент времени эта вынужденная замена рабочей лошадки была подобна нарушению древней поговорки про переправу.
С мыслей об экипаже, внимание Русьяра перескочило на собственную сестру. Яруна в эти дни стала замкнутой и необщительной. Причиной тому служил раздрай чувств в котором находилась близняшка. Среди погибших на старой "Нормандии" был и любовник Яруны. И хотя их ничего не связывало кроме секса и службы, пустота от потери всё же ощущалась, причём ощущали эту пустоту оба близнеца.
Зайдя в каюту отведённую сестре, Русьяр увидел Яруну лежащей на кровати. Уставившись в потолок она лежала в молчании, иногда моргая и переводя взгляд в другую точку. Не говоря вслух ничего, Русьяр просто лёг рядом с сестрой и обнял её, как они обычно поступали в детстве, чтобы усилить тактильным контактом псионику.
