— Дело в другом, сэр, — тихо сказала я. — Знаете, это мой самый большой кошмар. Еще после того случая, как профессор МакГоннагал воздействовала на меня и моих родителей каким-то артефактом. Я все время боялась, что меня принудят к чему-то. А тут еще этот разговор Поттера и Уизли. Это же по-настоящему страшно, знать, что тебя могут опоить. Или применить артефакт. Или еще что. А ни мои родственники, ни вы так со мной не поступите. Лучше сделать выбор с открытыми глазами, чем поверить в сказку и проснуться в кошмаре.
Он задумчиво кивнул.
— Я понимаю. Обещаю никогда ни к чему не принуждать вас. Это действительно чудовищно.
— Спасибо, сэр, я вам верю, — сказала я. И мы прошли в гостиную.
Магическая помолвка — в отличие от обычной, — включает в себя обмен клятвами. Это вообще очень красиво. Мы клялись быть опорой и защитой друг друга и в должный срок закрепить клятвы браком. Светящиеся ленты обвивали наши соединенные руки. А дед, Барти и Мэгги были свидетелями. С их волшебных палочек срывались искры. Мне на палец надели тяжелое кольцо с большим изумрудом. Фамильное. В нашем случае это было кольцо нашего Рода. Я тоже надела жениху кольцо на палец. Еще более массивный перстень с таким же чистым крупным изумрудом. Еще одна яркая вспышка.
Дальше ритуал вел дед. Он брал под покровительство Рода Крауч Северуса Тобиаса Снейпа, обещая ввести его в наш Род. Тот клялся быть достойным. Еще одно кольцо. Поздравления, шампанское в хрустальных бокалах. Подарки. Серьги с изумрудами от жениха. Гарнитур с бриллиантами от деда и отца. Расшитая бисером сумочка от подопечной. И когда только успела. Вещь, сделанная своими руками, была идеальным подарком от Мэгги. Довольные предки дружно чокались бокалами в картинах. По такому случаю сэр Реджинальд разорил свою заначку. Насколько я его знаю, заначка у него не одна. У нас и колдографии будут, как же без них. Винки и Дилли снабдили колдофотоаппаратами и показали, как наводить фокус и на какую кнопочку нажимать. Не было только гостей. И объявления в «Ежедневном пророке». Ничего, обойдусь.
У Фэй и Невилла был шумный и веселый праздник. У меня — камерное мероприятие. Но я не расстроилась совершенно. Все просто замечательно, а толпу я не очень люблю. Вот только немного обидно было все это скрывать. Я и кольцо буду носить под скрывающими чарами. А похвастаться хочется! Я же живой человек. Хотя, это ерунда, конечно.
Потом мы отправились в столовую, где уже был накрыт торжественный ужин. При других условиях был бы еще и бал. В нашем доме давно не было балов. А ведь бальный зал имелся, через него мы проходили в оранжерею. Огромное гулкое помещение, которое хотелось пробежать побыстрее. А ведь когда-то там звучала музыка, кружились пары. Домовики левитировали подносы с напитками, а вдоль стен сидели маменьки и тетушки, сплетничали и зорко следили за тем, с кем танцуют их дочери и племянницы.
Ничего, у нас обязательно будет бал. Мы будем встречать гостей на пороге, раскланиваться, задавать дежурные вопросы. Угощать их обедом. А потом … Потом я так и быть открою бал в нашем обновленном зале. И будет блеск множества свечей, музыка, кружащиеся пары. Обязательно будет! Рановато кое-кто списал Краучей. Мы еще вернемся.
Снейп изредка поглядывал на меня, я мило улыбалась. У меня помолвка, все должно быть по правилам.
Дед предложил выпить за наше здоровье. По такому случаю пару бокалов вина позволили и Мэгги.
Потом мы вернулись в гостиную. Домовики подали чай. Мужчины пили коньяк. У нас не соблюдались классические британские традиции, когда дамы оставляли мужчин пьянствовать и беседовать в столовой. Наши джентльмены меру знали. И нас не считали недостойными слушать разговоры о политике и текущих делах.
— А у тебя шрам почти совсем зажил, — тихо сказала Мэгги, — я и не замечала его уже, а сейчас вот присмотрелась. Здорово как!
Я кивнула.
— Тебя мистер Сметвик еще не сманил от акушеров?
Она рассмеялась.
— Нет, акушерство — это мое призвание. Но если надо что-то помочь, то я не против. Мне все равно придется на практике работать во всех отделениях. К тому же беременные часто ошибаются с зельями, травятся. А бывают и всякие жуткие проклятья. Сейчас это редкость, конечно. А вот раньше бывало часто.
Я поежилась. Черт… а ведь меня тоже могут. Нет, уж. Не дамся.
— Ты не волнуйся, — правильно поняла меня Мэгги, — я ведь буду рядом. И всегда помогу.
— Спасибо тебе, — поблагодарила я.
— Вот именно, — послышалось с пейзажа, — расслабилась молодежь. А раньше такие проклятья были, ух!
Я взглянула на картину. Сэр Реджинальд продолжал банкет в приятной компании. Кроме сэра Арнольда к нему присоединился еще один тип. И не факт, что это наш. Как-то раньше я этого странного мага во всем черном… и с весьма запоминающейся внешностью не видела. По крайней мере — на портретах.
— Сэр Реджинальд, — проговорила я, — вы не представите меня вашему другу?
— Охотно, леди, охотно. Прошу любить и жаловать: мой старинный друг сэр Юлиус Принц. Моя пра— и так далее внучка — Гермиона Крауч.
— Очень приятно, — поклонилась я.
