— Я вас понимаю, — кивнул он, — знаете, это довольно неожиданно. Всегда считал, что в вашем возрасте девицы более романтичны. Особенно, если они из мира магглов.
Я грустно усмехнулась.
— Попав в мир, где страсть легко вызвать просто подлив зелье, быстро утрачиваешь романтический взгляд на жизнь. Это же страшно. Нельзя прожить всю жизнь в мире иллюзий.
— Некоторые живут, — вздохнул Северус, видимо, думая о чем-то своем.
— Я понимаю, что мои рассуждения могут выглядеть наивно, — сказала я, — но я собираюсь строить свою жизнь сама. Однако все время находится кто-то, у кого на меня какие-то свои планы. Планы деда и Барти меня устраивают. Ваши… думаю, что тоже. А вот остальные…
— От остальных придется отбиваться, — согласился Северус, — они не успокоятся.
Мы немного помолчали.
— Поздно, — сказал он, — вам, наверное, спать хочется.
Я вздохнула.
— Спасибо, что рассказали про вашу дружбу с Лили… — тихо сказала я, — это ведь не просто далось, правда?
— Знаете, почему-то именно вам мне было легко рассказывать об этом. Спокойной ночи, Гермиона. И … спасибо.
Он подхватил свою старую школьную сумку и направился к двери.
— Спокойной ночи, — ответила я.
Спать действительно хотелось. А интересно, он добровольно пришел, или его Барти пинками пригнал? Хотя… ему действительно хотелось объясниться. А Эванс жалко. Я-то думала, что она с открытыми глазами сделала свой выбор, прекрасно понимая перспективы магглорожденных. А тут вон оно как! Да, Дамблдор лихо все провернул. Ему был нужен сильный ребенок-маг, в тело которого он мог вселиться. К тому же Поттеры были законными владельцами легендарной мантии-невидимки. А такие артефакты слушаются только законных владельцев. Ставки были высоки. Старших Поттеров удалось устранить с помощью «драконьей оспы», Джеймс ел у старика с рук. Лили должна была зачать и выносить вожделенное тело. Дамблдор вполне мог просто запудрить ей мозги. А он еще и деньги с Джеймса взял. Ничем не побрезговал.
Блэка хотелось убивать долго и мучительно. Хотя и глупо ожидать от такого типа нормального отношения. Он мог искренне считал, что Эванс стоит проучить за то, что она столько времени отталкивала его друга. Что бы там ни говорили, а магглокровку он ровней не считал. Это декларациями не изменишь, это уже на подкорке записано. По его мнению, Лили сказочно повезло, что на нее обратил внимание такой парень, как Джеймс. Но это дело прошлое. А вот что касается меня… Да, тут, скорее всего, дело в Снейпе. Ненавистному слизеринцу не должна была достаться юная богатая невеста из старинного Рода. Тем более, когда хватает нищих, которые так нуждаются в деньгах. Похоже, что рыжих надо будет изводить под корень. Интересно, Джинни еще считается «невестой Поттера»? Вот будет номер.
Я расчесала волосы, переоделась в ночнушку и вытянулась под одеялом. А завтра, наверное, еще и с дедом разговор будет.
Дед бросил на меня несколько обеспокоенных взглядов во время завтрака, но с разговорами не навязывался. Мэгги умотала в Мунго. Барти занялся своими исследованиями. А я вернулась к себе, чтобы помедитировать над свитками с шумерскими записями. И это было лучшее, что я могла сделать. Очистка сознания и концентрация здорово помогали избавиться от надоедливых мыслей. И это было по-настоящему интересно.
— Барти, — начала я, вваливаясь в гостиную перед обедом, — это нечестно!
— Что нечестно? — удивился он. — Не пугай гостей, пожалуйста.
Гости? Я огляделась и увидела смущенно улыбающегося Невилла.
— Привет, Нев! Рада тебя видеть! Пообедаешь с нами?
— С удовольствием, Гермиона! Здравствуйте, профессор.
— Так что нечестно? — переспросил Барти.
Я помахала зажатыми в руке свитками.
— Здесь два языка. У меня чуть мозги не вскипели. Шумерский и аккадский.
— Извини, малышка, — повинился Барти, — не подумал. Тяжело было?
— А ты как думаешь! Зато вышло два образа растений. Одно — кустарник, второе — что-то стелящееся с мелкими цветочками.
Невилл сделал стойку.
— Можешь нарисовать? Или показать в думосбросе? Интересно же!
— Это, скорее всего, дикие растения, — сказала я, — и растут … сейчас это территория Ирака, насколько я понимаю.
— У дяди Элджи там связи, — кивнул Невилл, — он в куче мест бывал.
Так что мы сперва приказали Дилли принести думосброс, и я перелила туда воспоминания о появившихся во время медитации картинках.
— Seidlitzia rosmarinus и Tribulus arabicus, — сказал Невилл, — это очень распространенные растения. Думаю, что их легко достать. Разве что… Если это такая древность, то могла быть какая-то магическая разновидность. Это лучше действительно у дяди Элджи спросить, он как раз статью на эту тему писать собирался.
— Обязательно спросите, мистер Лонгботтом, — подал голос Северус, который сразу же записал названия растений. — Свитки должны содержать лекарственные зелья. Это может быть очень интересно и познавательно.
Вернувшийся к обеду дед с неодобрением покачал головой.
— Сын, ты должен быть более внимательным, — сказал он, — это очень тяжело. Два языка, да еще и древние. Совершенно ни к чему так напрягаться.
