В этот раз меня никто не ждал, ребята знали, что меня проводят. Я приняла душ и завалилась в постель. Нет, ну в самом деле! Где была эта тварь, когда мародеры издевались над Северусом и другими студентами? Когда устраивали очередной квест для Гарри? Когда надо было приструнить близнецов Уизли? А ведь именно это входило в ее обязанности. Это, а не слежка за мной и моим мужем. Все, мое терпение лопнуло. Выхожу на тропу войны. Мне мало просто избавиться от МакГоннагал, я уничтожу ее репутацию. Мой взгляд скользнул по аквариуму Бетти. Я сейчас уделяла ей меньше времени, но жаба на жизнь не жаловалась. И исправно давала яд. Который был сильным галлюциногеном. Вряд ли я заставлю МакКошку лизать жабу, разве что под «Империо», но ведь яд можно было собрать и заморозить. Получались тонкие пластинки. Хм… А их было легко замаскировать в пастилках. В мятных, чтобы перебить вкус. И добавить немного эфирного масла котовника кошачьего. Надо будет посмотреть в справочниках, сочетаются ли эти ингредиенты между собой. Впрочем, я и против расстройства желудка, если что, возражать не буду. С Трелони прошло, почему бы с МакКошкой не попробовать? Расчеты я сделаю легко. Доступ в лабораторию у меня есть. Как к оборудованию, так и к любым ингредиентам. А можно… Я тихо рассмеялась, вспоминая одну запись, прочитанную на старых глиняных табличках. Обитатели древней Месопотамии знали толк в ядах и изощренной мести. Была одна история про жестокую жену правителя, которая мучила служанок. Ей и подложили подушку с «нехорошей» начинкой. Муж быстро охладел к бабе, которая испытывала нездоровую страсть к подушке. А у женщины еще и глюки начались. Хитрые чары я запомнила. Использую вместе с пастилками. Все, МакКошка, тебе конец.
И приняв такое решение, я заснула с улыбкой на губах.
Северус ожидаемо заинтересовался моими опытами. Но не одобрил.
— Она просто глупая старуха, — сказал он, — не надо. Но сама идея, конечно, великолепна.
В котле остывала густая белая масса, которую было легко засунуть в конфеты или пастилки.
— Давай сюда расчеты, — сказал Северус, — я проверю. Но МакГоннагал пока не трогай.
— Пока? — прищурилась я, радуясь, что не рассказала про шумерскую магию.
— Возможно, что и пока, — вздохнул Северус, — я понимаю, что удар по репутации для МакГоннагал будет очень болезненным. Если она попробует навредить, то я сам устрою ей райскую жизнь.
— Она на твою и мою репутацию нападает только так, — напомнила я, — но тебе виднее, конечно. Обещаю пока ее не трогать. Но только пока.
— Договорились, — кивнул Северус.
Я задумчиво помешала массу в котле. Было немного жалко отказываться от замечательной идеи. Северус забрал у меня мешалку.
— Ты меня пугаешь, — проговорил он, — безнаказанность и вседозволенность — страшная вещь. Не уподобляйся тем, кто тебе так не нравится.
Я опустила глаза.
— Хорошо. Я не буду. Ты прав.
— Ого! Ты меня слушаешься?
Меня легонько щелкнули по носу.
— Нет, — ответила я, — я признаю твою правоту. Не все проблемы стоит решать радикально. Но она меня бесит!
— И меня тоже, — согласился Северус, — но так очень легко скатиться на весьма низкий уровень. А мы ведь не такие.
Я вздохнула.
— Держи расчеты. Меня иногда заносит. Но именно на МакГоннагал у меня очень большой зуб. И за обработку Грейнджеров, и за меня. И за наплевательское отношение к Мэгги и Парвати. За то, что стала нас запугивать после инцидента с младшей Уизли. Ей не место в Хогвартсе. Ей вообще нельзя работать в школе. Сидела бы дома.
— Если бы все занимали свое место, жизнь была бы прекрасна и удивительна, — вздохнул Северус, — но мне приятно, что ты переживаешь и за меня.
— Очень рада, что тебе приятно, — пробурчала я, понимая, что и от шумерской магии придется отказаться. А я ведь уже заказала большую мягкую игрушку в виде рыжего кота. Ничего. Не пропадет. Уменьшу и спрячу. Что-то мне подсказывает, что МакКошка не угомонится.
На другой день меня оставили после урока.
— Ты точно отказалась от идеи подсунуть МакГоннагал свое зелье? — строго спросил меня Северус, надежно запечатав дверь.
— А что? — уже обозлилась я. — Ты сомневаешься в моем слове?
Он тяжело вздохнул.
— Дело в том, что ты сварила наркотик.
— Что? — я вздрогнула.
— Наркотик. Жуткий галлюциноген. И привыкание он вызывает после первых нескольких приемов. За такое полагается Азкабан. А следствие было бы обязательно. После колдомедицинского обследования явно неадекватной преподавательницы. Хорошо, что я твое варево проверил.
Я медленно села на парту. Северус тяжело вздохнул.
— Беру назад свои слова о том, что Мастерство в зельях тебе не получить. Но у тебя настоящий криминальный талант. Это пугает. Пообещай мне, пожалуйста, что будешь советоваться со мной. Больше ничего не придумала?
— Придумала, — ответила я, — игрушечного кота зачаровать. Чтобы МакГоннагал с ним никогда не расставалась. Влечение такое. Но я больше не буду наркотики варить. И обещаю советоваться с тобой.
Он как-то странно посмотрел на меня.
— Никогда не буду с тобой ссориться, — пробормотал он, — чудовище! Где кот?
— В сундуке.
