Бакгус с готовностью поднялся с пуфа. Ещё какое-то время они сортировали документы, в результате получилось четыре неровные стопки: самая толстая включала чертежи и расчеты, связанные со строительством космодрома, во вторую легли финансовые бумаги, в третью – уже знакомые рисунки: точка, окруженная пунктирной линией, и две пересекающиеся окружности с выходящими из них отрезками.
– Знаете, что это? – Расэк протянул рисунки Бакгусу.
Тот повертел их, осмотрел с обеих сторон, даже на свет проверил. Видно было, что здоровяк изо всех сил старается помочь, но в конце концов он лишь снова беспомощно развёл руками.
Четвёртая стопка не очень-то на стопку и походила, в неё попал один-единственный листок. Расэк перечитал его трижды, прежде чем показать Бакгусу, тот задумчиво уставился на бумагу, а потом с досадой пробурчал:
– Не знаю, детектив. Я ж говорю, он никому ничего не рассказывал.
Это было письмо из департамента космических изысканий Ирбуга, Мирелк получил его за десять дней до начала межпланетного саммита. «Мы рассмотрели ваш доклад и считаем, что двух случаев недостаточно. Продолжайте собирать информацию. Незамедлительно сообщите, если появятся новые сведения».
Расэк сложил листок пополам и убрал в сумку. Он не знал, связано ли это с отчетами о кометах, рисунками или миссией Вилеу на Коц-Црое. Но письмо могло стать неплохой зацепкой, нужно только отправить запрос на Ирбуг, и тогда будет понятно, что именно изучал Мирелк.
Они провели в комнате ещё около получаса. Расэк осмотрел каждый угол, заставил Бакгуса объяснить каждую бумажку, но ничего нового так и не нашёл. Он ещё раз окинул помещение взглядом и попросил здоровяка проводить его в комнату второй жертвы.
Они снова пересекли общий холл и направились в коридор, который арендовала Вилеу.
– Госковчане вели собственные исследования, – рассказывал Бакгус. – А теперь получилось, что и их начальник, и наш…
Он махнул рукой, показывая, что тут и без слов все ясно.
– Вы знаете, что именно они изучали?
– Знаю, очень даже знаю. Они брали пробы почвы, посылали дронов за частичками растений, один раз изловили какого-то жука. Биологи, в общем. Пытались разобраться, как тут на Симоре всё устроено.
Дверь комнаты Вилеу не пульсировала, а светилась ровным белым светом, давая понять, что покои свободны и готовы принять нового владельца. Расэк недовольно поморщился, не хватало только, чтобы госковчане навели на месте преступления порядок. Мохнатые криминалисты побывали и здесь, и в комнате Мирелка, он читал их отчет и знал, что ничего подозрительного они не нашли. Однако могли и проморгать что-то важное, как в случае с телефоном первый жертвы.
Комната напоминала ту, в которой Расэк общался с Гуроу. На месте панорамного окна – матово-серая стена, сквозь полумрак угадываются силуэты дивана и кресел, в дальнем углу чернеет кровать-берлога.
– Сейчас включу свет, – пробормотал Бакгус.
Он стукнул по воздуху пальцем, и целая стена сделалась прозрачной. Комнату залило солнечным светом. Расэк приложил ладонь козырьком ко лбу и подумал, что очень даже неплохо, что последнюю пару сотен лет мохнатые строят здания с применением затемняющих экранов. Если бы стены в лаборатории были литыми, сотрудникам Мирелка даже днём пришлось бы пользоваться искусственным освещением, а для осмотра бывшего жилища Вилеу понадобился бы фонарь.
Щурясь от яркого света, он прошёл в центр комнаты. Здесь, в отличие от покоев Мирелка, царил идеальный порядок. Никаких документов, папок или одежды. Белоснежный ковёр, гладкие стены, оранжево-красный симорский пейзаж. Он обогнул диван и кресла, заглянул в ванную, тщательно осмотрел кровать-берлогу, даже проверил пищевой автомат. Ничего. Как будто тут никто никогда не жил.
У двери робко топтался Бакгус.
– Вряд ли вы тут что-то найдёте…
Расэк ещё раз задумчиво оглядел комнату. Он предполагал, что столкнётся с чем-то подобным, а потому не питал особых надежд. Гораздо важнее было допросить коллег Вилеу.
– Как мне поговорить с Тазау и Лароу?
Бакгус погладил лысину.
– Можно связаться с ними по ободу или заглянуть в исследовательскую комнату, там наверняка кто-то есть.
– Давайте начнём с комнаты.
Расэк всё равно собирался осмотреть помещение, в котором работала Вилеу, так почему бы заодно не пообщаться с её подчиненными?
Они снова вышли в коридор, прошли несколько метров и остановились у очередной пульсирующей полоски. На этот раз в ответ на попытку открыть дверь раздался резкий металлический звук. Затем в стене образовалось прямоугольное отверстие, и тут же хрипловатый голос произнес:
– Мне некогда!
В комнате царил полумрак, а потому говорившего не было видно. Угадывался только его силуэт, сидящий на высоком стуле.
– Тазау, будь добр, прибавь чуток света, – пробасил Бакгус. – Здесь детектив по поводу убийства Вилеу.
