– Наум, конечно же, если разработанная нами модель будет устойчива к воздействию рынка и сохранит достигнутую эффективность, то в принципе, это неплохой финансовый результат, учитывая наши ресурсы. Но я не уверен, – Железнов взял паузу, желая этим подчеркнуть значимость своего последнего слова, – что этих денег нам хватит на съемку хорошего фильма. Няма, это всего лишь немногим больше ста тысяч долларов, а ты знаешь бюджеты современных фильмов с хорошими актерами, техникой, графикой… В общем, Наум, нужно запастись терпением. Если продолжить расчетную линию на два года, то к концу второго года у нас может быть около восьмидесяти миллионов рублей, это уже кое-что с точки зрения фильма.
– Саша, а если стартовать с пяти миллионов? – лицо у Кати светилось азартом.
– Нет.
– Железнов, ну мне просто интересны возможности твоей программы!
– Возможности? Хорошо, – Железнов присел к своему компьютеру, ввел исходную информацию в расчетную таблицу. – Если стартовать с пяти миллионов, то к концу первого года на выходе должно быть около сорока миллионов, а к концу второго – около четырехсот.
– Ух ты!
– Да не ух ты! – Железнов уже был не рад, что затеял этот разговор. – Существует масса случайных факторов, которые могут существенно снизить результат. Во-первых, десять счетов – это десять компьютеров. В какой-то момент любой из них может зависнуть, могут быть перебои в электроэнергии, может накрыться провайдер сети, обеспечивающий связь с брокерской фирмой, на сервере которой сидят наши боевые счета, может накрыться этот самый сервер! Я уж не говорю о том, что опыт реальной торговли у нас – один месяц. Что нам может подкинуть эта бездна под названием валютный рынок – сейчас трудно предположить…
– И что делать? – несколько растерянно спросил Андрей. – Все зря?
– Ни хрена себе «все зря»! – Наум возбужденно поднялся с «пьяного» стульчика. – Вы, эта, как говорит один известный персонаж, «несколько зажрались». Девять миллионов с одного за год! У вас от вашей науки мозги поплыли!
– Скорее, глаз замылился, Наум. У нас есть задача – набрать денег на фильм. И мы пока с ней не справляемся. Вернее, можем справиться, но года за два, что мне не очень нравится. А тебе, Андрей, скажу, – Железнов развернулся к Борисову, – да, конечно же, все не зря! Нужно работать! Нужно иметь в запасе резервные компьютеры, нужно установить дизель-генератор, который бы подхватывал компьютеры в случае пропадания электричества, нужно установить дублирующую сеть интернета от другого провайдера и так далее. Нужно постоянно работать над программой с точки зрения повышения ее устойчивости и эффективности… – Железнов перевел дух и улыбнулся. – Я просто хотел вас поздравить с первыми успехами, с одной стороны, а с другой – избавить от иллюзий, что все совсем просто и хорошо. Нужно работать и преодолевать проблемы по мере их поступления… Вот, пожалуй, и все, что я хотел вам сказать.
– Железнов, – Катя взяла его за руку, – я не настаиваю, но по поводу пяти миллионов ты подумай.
– Нет.
– Подумай. Потому что я делаю вам бизнес-предложение: я вношу пять миллионов, а за это вы обязуетесь заключить контракт на производство фильма с моей компанией.
– Это называется приобретением прав на сценарий, – Железнов задумался.
– Ух ты! – не сдержался Наум. – Круто. Я – дорогой режиссер. Потянешь?
– Да уж как-нибудь. Но что-то мне подсказывает, что по железновскому сценарию ты и бесплатно снимать будешь.
– Саша, мое предложение в силе бессрочно. Подумай. По-моему, это выгодно для обеих сторон.
– Хорошо, я подумаю, сторона…
Уютное кафе в старом районе Москвы
Железнов привычно уселся за «свой» грубо рубленный деревянный столик в углу кафе, благо – понедельник, благо – поздно, поэтому кафе практически пустое, лишь пара человек в противоположном от Железнова конце зала в одиночестве потягивали свое пиво.
Железнов не был тут уже более месяца. И ноги сами принесли его сегодня сюда для того, чтобы поразмышлять. Нет, подумать он мог и в машине, и привычно дома на кухне, но вот принять решение, верное решение, которое лежало бы в системе координат его ценностей и максимально отвечало бы его эмоциональному состоянию, он мог только здесь. Потому как именно здесь находился «его храм», магическое место, где происходили главные события в его жизни. Здесь к нему пришло понимание неимоверной значимости единственной женщины в его жизни, его Маши, ради которой он готов был абсолютно на все, и здесь же его нашла Екатерина, женщина, готовая на все ради него, Железнова. Две главные женщины в его жизни пришли к нему здесь.
