Но другой повстанец, тот, кто остался, сумел прицелиться в торчащий из щита ствол. Выстрел — и оружие ящера взорвалось в руках. Он вскрикнул, но броня выдержала. Затем он отбросил остатки винтовки в сторону, отключил свой щит и перешёл в рукопашку .
Мой противник был достаточно близко. Я чувствовал его дыхание — зловонное, с примесью железа. Он замахнулся, и я поспешил опередить его. Активировал нейрохлыст, направил его в сторону врага и жмакнул красную кнопку.
Удар.
Но вместо того, чтобы разрезать или ошеломить, мой хлыст наткнулся на блок. Он намотался на его предплечье, и ящер, резко рванув на себя, вырвал хлыст у меня из рук. Звук, с которым плеть вырвали из моих пальцев, был похож на треск кабеля под высоким напряжением. Я потерял оружие.
Второй ящер тем временем сделал скачок вперёд. Он резко бросился к моему последнему конвоиру. Хватательным движением схватил того за шею, поднял над землей, как куклу, и сломал позвоночник одним рывком. Тело повстанца упало с глухим «трупным» стуком.
Я отпрыгнул в сторону от своего оппонента, выставил левую руку и скомандовал:
— «Разряд!»
Электрическая дуга вырвалась из моей ладони и ударила по доспеху. Вспышка. Звон. И ничего больше. Ток прошёл по броне, ушёл в землю, но не причинил вреда. Металл доспеха сработал как заземление.
Танк, уверенный в своём превосходстве, снова начал приближаться. Он уже не торопился. Он знал, что мы в ловушке. Курт, в этот момент, достал кинжал и кинулся на второго врага, прикрывая Лану. Но ящер, будто учёный в боевых искусствах, выставил свободную руку и словил Курта в полёте, легко остановив его бег. Второй рукой он заблокировал замах ножом, а ногой врезал по голени Курта.
«Хруст».
Курт вскрикнул — правая нога была сломана. Но именно в этот момент по спине ящера прилетел удар мечом от Ланы, и тот, отшвырнув Курта в сторону, как мешок с картошкой, резко развернулся. Курт же ударился о стенку оврага и остался лежать. Противник заново сфокусировался на Лане. Девчонка извивалась как пантера и уходила от его выпадов, но все же рептилоид ее достал и повалил на землю. Она озиралась по сторонам в поисках решения, задом пятясь от него, в её глазах была паника. А ящер медленно подходил, наслаждаясь страхом. Он любил это. Он получал удовольствие, загоняя в угол свою жертву.
Я снова перевел взгляд на своего врага. Время тянулось неумолимо и медленно. Этот танкозавр чувствовал свое превосходство и медленно шел ко мне, даже не достав своего оружия. В моем мозгу метались мысли:
«Что делать с этим танком. Он же в экзоскелете. Точно. Вот оно», - и я резким движением ныряю ему под ноги и хватаюсь за них обеими руками:
«Алиса, откачай его батарейку», — мысленно скомандовал я.
Система доспеха зависла. Он остался без энергии. Без связи. Без преимущества. Ящер потерял способность двигаться и смотрел на меня взглядом, полным недоумения.
Я ловко перекатился из-под его лап и схватил валяющийся нейрохлыст. Резко вскочив на ноги, я выставил его перед собой.
— Шах и мат, утырок, — произнес я, но дальше говорила плеть.
Взмах. Красная кнопка. И в этот раз — точный удар по шее. Результат — голова катится по земле, а тело в заклинившей броне так и осталось стоять в одной позе.
Обернувшись, я увидел следующее.
Лана пыталась задом уползти от последнего врага. Он медленно приближался, не спеша, как истинный хищник. Он хотел, чтобы она чувствовала страх. Чтобы знала, что ее смерть близка.
Но Ханс снова сыграл роль куста. Он появился сзади, ударил в голову, но ящер лишь качнулся, не потеряв равновесия. Он повернулся, чтобы посмотреть на надоедающую назойливую муху, но увидев Ханса, просто отмахнулся от него, кидая того в грязь. Этого мгновения мне хватило, чтобы подбежать ближе к ним. Снова замахнулся. Обмотал хлыст вокруг ноги врага и дернул.
Щелчок.
Ящер немного пошатнулся, но устоял. Он был слишком тяжёл, чтобы упасть от такого. Но свое внимание на меня он все-таки переключил, и, видимо, решив, что этот враг будет по серьезнее, снял с пояса свою энергоплеть. А в это время Курт, несмотря на сломанную ногу, полз к спине ящера. Он не сдавался. Он не умел.
Ящер крутил плетью как пропеллером, и у меня совершенно не было шанса повторить трюк с батарейкой. Он был полностью поглощен мной и не заметил, как Курт вонзил ему нож в коленный сустав сзади, туда, где броня имела гофрированную вставку.
Ящер взвыл. Гортань, наполненная яростью, исторгла звук, похожий на вой раненого зверя. Он согнулся, одной рукой хватаясь за рану, а вторую заводя за спину, в поисках виновника этой боли.
И тогда Лана, воспользовавшись этим, прыгнула ему на спину. Вонзила меч в шею сверху вниз. Клинок вошёл на три четверти. Ящер закричал. Не так, как раньше. Это был звук боли. Последней боли. Через мгновение он свалился на землю, оставляя за собой лишь грязь, пыль и мёртвое тело. На этом бой был окончен. Пока — в нашу пользу.
Я рухнул в грязь, пытаясь отдышаться, а в голове моей крутилась всего одна мысль:
«Эти повстанцы с таким трудом выиграли один бой. Как они собираются выигрывать войну?»