Обогнув косогор, я понял, почему местные обитатели не стали прокладывать дорожку напрямик: со стороны бухты склон был относительно пологий, а вот с противоположной фактически обрывался скалистой, хоть и не особо высокой, стеной. Уж не знаю, по какому капризу природы здесь образовалась обширная, вытянутая в глубь острова котловина, но факт имел место быть. Плоская чаша размером с хороший стадион, глубиной около трех метров, была плотно застроена, причем длинные корпуса с плоскими крышами занимали едва ли треть площади. Ноктовизор не давал полной картины, поэтому я вырубил ночной режим – в неровном свете мириад звезд и далекого спутника на безоблачном небе комплекс белоснежных зданий на темном фоне просматривался во всех подробностях. Три длинные одноэтажки образовывали букву «П» перекладиной к бухте, а между ними раскинулся целый лабиринт сетчатых заборов, кое-где разбавленный кучками крытых боксов, смахивавших на вольеры. По верху секций тянулись ввысь штыри силовых эмиттеров, еще больше увеличивая сходство с зоопарком под открытым небом. Дальним концом котловина упиралась в скалистый гребень, плавно перетекавший в склон центральной горы, так что с той стороны выбраться из природной чаши было проблематично. Неплохо, совсем неплохо! Местечко уединенное, маскировочным куполом можно весь комплекс накрыть без особого напряга, всего-то и нужно пару-тройку генераторов поля на господствующих высотах разместить. И хрен кто что разглядит, даже с высокой орбиты. Военный спутник сможет, но откуда он тут, военный-то?..
Откуда-то сбоку бесшумной черной тенью вымахнул Петрович, сбросил маскировку и принялся, довольно урча, тереться о мой сапог.
– Ну что, мой рыжий друг, нашел что-нибудь… мм… неожиданное? – поинтересовался я, одарив напарника традиционным почесыванием.
Тот вместо ответа беззаботно потрусил по тропинке вниз, задрав хвост трубой и даже не потрудившись сменить окрас. Впрочем, в темноте он и с естественным колером не особо выделялся на фоне темной травы и камней, но уже сам факт говорил о многом. Например, что лежащий под нами комплекс никаких сюрпризов не таит и ходить там можно совершенно спокойно.
– Безопасно, говоришь… – Я задумчиво хмыкнул и не спеша побрел следом за напарником, стараясь держаться центра дорожки.
Тот факт, что Петрович не встретил никого живого и потенциально опасного, не отменял несметного числа неприятностей техногенного характера. Мало радости провалиться в какую-нибудь яму с торчащей арматурой или попасть под завал. На всякий случай я на ходу еще раз осмотрел постройки в ноктовизор, но на сей раз со сменой диапазонов. В терморежиме неожиданно обнаружилось целых три ярких пятна, по одному в каждом здании, которые нехило так контрастировали с тусклыми нитями коммуникаций, запитанных, как и диспетчерская, от аварийных батарей. Сигнатуры незнакомые, стандартные энергоблоки дают иной рисунок в более теплой гамме, а посему странные источники излучения меня заинтересовали весьма и весьма.
Повода не доверять напарнику у меня не было, так что я закинул штуцер в захваты на спине, чтобы не мешал, и на всякий случай передернул затвор апээса, дослав унитар в ствол. Извлечь пистолет из кобуры и отоварить любого противника дабл-тапом теперь дело доли мгновения, соответствующий рефлекс и моторика наработаны еще в академии, зато руки свободны и тело не закрепощено длинной дубиной «меркеля». Плюс живой биодетектор – Петрович. Кот размеренно рысил прямиком к центральному шлюзу перекладины буквы «П», так что мне оставалось лишь последовать его примеру.
