– Нет, – покачал головой Зафир. – Но мы должны попытаться уладить все мирно и только потом развязывать войну.
– Я вас понял, господин Зафир.
– Держи меня в курсе событий. И свяжись с моими сестрами. Они должны знать, что запущен этот протокол.
– Я не мог сообщить им раньше, – оправдывался генерал.
– Я знаю. Ты известил меня, и я принял полномочия. Теперь можешь рассказать им все. Выполняй приказ.
– Слушаюсь, – генерал отключил связь.
– Почему ты? – спросила Роден, глядя на Зафира. – Почему он доверил тебе управление Империей, если с ним что-то случиться?
Зафир с прискорбием улыбнулся.
– Когда речь шла о непредвиденных обстоятельствах, Эста первой отказалась принимать на себя роль уполномоченного. Второй в очереди была Назефри. Она тоже отказалась. Урджин и Камилли, как подданные Доннары, не имеют права занимать подобные посты. Поэтому все посмотрели в мою сторону и кивнули. По сути, никто не спрашивал, чего хочу я.
– Возможно, потому что именно ты был лучшим кандидатом? – улыбнулась она.
– Я не кровный родственник. А они доверили мне управление Империй, если она начнет разваливаться…
– Ты их названный брат, – Роден пожала плечами, – а это дороже кровного родства. Кому им еще доверять, если не тебе?
– Теперь это не важно. Стефан пропал. Сафелия взаперти. Я уверен, что мы имеем дело с заговором. Но зачем иным Стефан? Если только их не интересует «Кокон»…
– Что за «Кокон»? – Роден закурила елотку и выдохнула дым.
– Два с половиной года назад Стефан принял решение построить оборонительную систему. Он назвал ее «Кокон». При запуске территорию резервации накроет энергетический купол и полетят ракеты с ядерными боеголовками. «Кокон» сотрет в пыль все, что будет под куполом.
– То есть резервацию и всех, кто там находится, – добавила Роден.
– Именно. Запустить «Кокон» можем Стефан или я, точно так же, как и деактивировать. Для запуска протокола требуется ответить на вопросы. Программа сканирует мимику и реакцию зрачков, определяя, не находится ли пользователь под чужим влиянием, принуждением или действует осознанно и добровольно.
– Значит, в случае начала войны с иными ты тоже можешь запустить «Кокон»?
– Могу, – кивнул Зафир.
– И убьешь миллионы ради сохранения жизни миллиардов… – прошептала Роден.
– Иные тайно доставили на Олманию установки энергетических потоков, а нам слили информацию о прототипе этого оружия, уверяя, что его разработка не завершена. Энергетический поток – это вид излучения, которое расщепляет на частицы любую органическую форму жизни, оставляя нетронутым все остальное. Мы не знаем, как выглядят эти установки и где иные их прячут. Судя по последним данным, они находятся где-то под землей на территории резервации. Если они добрались до «Кокона», мы не можем знать наверняка, сработает ли эта оборонительная система и какие последствия будут после ее запуска.
– Значит, Стефан должен либо ее запустить, либо отменить запуск?
– С тем же успехом они могли взять в плен и меня, – задумался Зафир.
– Или в планы входило тебя убить и оставить только Стефана, – Роден сбросила пепел на пол и затянулась.
– Как бы там ни было, запускать «Кокон» слишком опасно. Мы не знаем, что иные с ним сделали.
– А что, если Стефан нужен им именно для запуска? – предположила Роден.
– Менталист им не поможет, – ухватился за мысль Зафир. – Стефан должен ответить на вопросы добровольно. Кого они могли использовать в качестве рычага давления?
– Сафелию, – тут же ответила Роден. – Она самая легкая добыча.
– Однако, сами же они совсем недавно пытались избавиться от нее! – напомнил Зафир.
– Представь себя на их месте, – Роден выдохнула дым. – Они готовились, разрабатывали план. Сафелия появилась внезапно. Она – нежданный гость на их празднике. Что, если изначально план предполагал пленение не Сафелии, а кого-то другого из близких?
– С Эстой им не справиться, – задумался Зафир. – Но есть еще Назефри. Есть племянники, в конце концов…
– Кто-то изменил первоначальный план, Зафир. Кто-то понял, что можно убить двух зайцев одновременно: устранить тебя, забрать Сафелию и шантажировать ею Стефана. Дело Эстета как нельзя четко вписывается в эту линию. Они покрывали его. Для серийного убийцы сдача логова сродни отрубанию конечности. Ты слышал тираду Красавчика. Он утверждал, что сам сдал себя. Что заставило его пойти на этот шаг?
– Возможность им отомстить?
Роден кивнула.
