– В отличие от суирян, мы не гонимся за прогрессом, а относимся к нему с осторожностью.
– Разве я сказала, что это плохо? – она повернулась к Зафиру и вопросительно взглянула на него из-под прозрачного голографического экрана.
– Прозвучало как осуждение, если честно.
– У каждого народа своя история и традиции, Темный. Я не осуждаю, я просто… – она задумалась.
– Не понимаешь, – он отвел взгляд и уставился в потолок.
– Пытаюсь осмыслить, – ответила она. – В одном из племен на территории суирских колоний было принято невесту в первую брачную ночь укладывать под колдуна. Он, якобы, очищал новобрачную для мужа.
– Ну ты сравнила! – хмыкнул Зафир.
– А в другом племени детей с малых лет учили убивать людей. Тренировали на животных, а по достижении совершеннолетия заставляли убить человека.
– Еще один неудачный пример, – засмеялся Зафир.
– Вот видишь, – Роден улыбнулась, – ты их традиций не понимаешь. Я же осмыслила это и приняла.
– И даже не пыталась объяснить им свою точку зрения? – Зафир повернулся к ней лицом.
– Нет, – она отвернулась. – Анализ ДНК с останков, послания и… листьев, – продолжала работать Роден.
– Никаких следов.
– Убери останки. Посмотрю, что под ними.
– Ничего, – вздохнул Зафир. – Грунт соответствует местному.
– Черви, жуки и прочая дрянь на останках – местные?
– Да.
Роден разогнулась и вышла из проекции.
– Это все, что он оставил нам?
– Остальные части тела не обнаружены.
– Вообще ничего? – удивилась она.
– Ничего.
– Ладно, расскажи о жертве.
Перед Роден возникла голограмма молодой девушки.
– Красивая была… – она закурила елотку и взглянула на Зафира. – От олманки не отличить.
– Рост 182 сантиметра, – уточнил Зафир.
– Ну, это кое-что меняет, – согласилась Роден. – Средний рост женщин их расы?
– 190 сантиметров.
– То есть эта девушка считалась низкорослой?
– Да, – Темный свесил ногу с дивана и стал болтать ей в воздухе. – Они все были низкорослыми и хрупкими по представлениям иных.
– Больше похожи на местных олманок, чем на себе подобных… – вслух размышляла Роден. – Ей восемнадцать лет. Парень был?
– Нет. Популярностью среди своих она не пользовалась.
Роден вскинула бровь и повернулась лицом к Зафиру.
– То есть по их меркам она была некрасивой?
– Иные ценят в женщинах рост. Длинные ноги, фасад, – он потряс руками у груди.
– Зад побольше… – кивнула Роден. – Но и черты лица покрупнее, я права?
– Да. Эта жертва была слишком мелкой, чтобы перед дверями ее дома стояла толпа поклонников.
Роден скептически улыбнулась.
– Значит и Эберроуз не вписывается в их каноны красоты?
– Зато в наши вписывается, – отрезал Зафир.
– Они все были такими, не так ли? – задумалась Роден.
– Совершенно верно, – он кивнул. – Некрасивых женщин легче обмануть. Они не изнежены мужским вниманием. Возможно, он тоже некрасив по их меркам. Популярные девушки на него не клюют, а для этих его внимание – роскошь.
– Принимается, – кивнула Роден. – Выбор жертв может быть обоснован его внешностью. Если это так – он ищет легкий путь. Но вот все остальное… Во всем остальном он не ищет легкого пути. Сколько времени прошло от момента исчезновения жертвы до обнаружения ее останков?
– Месяц. Предположительно, она погибла за неделю до того, как ее нашли.
– Вот видишь, – воодушевилась Роден. – Он удерживает их, готовит к своему ритуалу. А ритуал определенно есть…
– Согласен, ритуал есть. Вот только мы о нем ничего не знаем.
– Значит, плохо смотрим, – Роден затушила елотку и прикурила новую. – Верни место обнаружения останков.
Темный вернул проекцию. Роден вошла в нее и начала оглядываться по сторонам.
– Далеко резервация от этого места?
– Останки нашли в резервации. Шестьдесят километров от границы.
– Что-то в этой картинке не так. Что-то мы упускаем.
Темный присел на диване и устало взглянул на Роден.
– Обычный лес для обычной Олмании, – произнес он.
Роден резко обернулась. Еще раз обернулась. Отошла на несколько шагов назад.
– Обычный лес для Олмании… Обычный лес… – продолжала повторять она. – Отдались от останков немного, – попросила она, замирая рядом с ним.
Темный зашевелил пальцами в воздухе, и картинка отдалилась.
– Еще немного. Да. Поверни на сто восемьдесят. Да. Теперь покажи вид сверху, – попросила Роден.
Проекция отдалилась.
– Еще выше. Еще! – появились макушки деревьев.
– Что б меня… – прошептал Зафир, подскакивая с дивана и вглядываясь.
– Голова, – Роден указала на дерево вверху. – Листва не облетела и цвет желтый. Блондинка. Руки, – Роден указала на полуголые деревья по сторонам, – и ноги, – палец переместился на деревья внизу.
– Умница, – Темный похлопал ее по плечу и пригляделся к изображению.
– Значит, ты у нас эстэт… – Роден выдохнула дым.
– Как ты поняла, что дело в деревьях? – спросил Темный.
– Показалось странным, что деревья вокруг с листвой, а эти четыре – облезлые. Интересно, как он провернул трюк с листьями?
– Мог деревья отравить.
