– Я, мой муж, наши родители и их родители никогда не покидали родных стен нашего корабля. Другие летали на планеты, работали там вахтовым методом и возвращались назад. Многие из них начинали страдать клаустрофобией. А жить с таким на корабле… – иная покачала головой.
– Чем они занимались на этих планетах? – спросила Сафелия и пригубила чай.
– Добывали полезные ископаемые, – женщина пожала плечами. – Забирали последнее, что осталось. Условия работы там жуткие. Но они хорошо зарабатывали и могли изредка выходить в скафандрах на поверхность, – иная взяла кружку с чаем и отпила немного. – Работать на планетах брали не всех. Юнри не раз подавал заявку, но… – иная вздохнула и потерла рубец на запястье. У него плохой генотип. Неподходящий для этих работ.
– Я заметила, что у многих иных, – Сафелия осеклась и перешла на шепот, – что у многих из вас есть вот такие рубцы на руках.
Иная с мужем переглянулись и тут же отвернулись друг от друга.
– У Мирен был такой же рубец? – спросила Сафелия.
Родители жертвы молчали.
– Все, что будет сказано в этой комнате, останется в этой комнате, – напомнила Сафелия. – Вашу девочку убили. Над ней издевались перед смертью. Вы хотите, чтобы тот, кто это сделал, ответил за все? Если хотите – начните говорить мне правду. Иначе… – Сафелия развела руками, – …иначе он останется на свободе.
– Нам нельзя об этом говорить, – шикнул иной. – Запрещено!
– Никто не узнает, – прошептала Сафелия и наклонилась к нему. – Почему у вас обоих на руках эти рубцы?
– Потому что мы – «клонаты».
– «Клонаты»? – шепотом переспросила Сафелия.
– Мы родились от многих людей, – пояснил иной.
Сафелия откинулась на спинку кресла и нахмурилась.
– Вы – клоны нескольких людей?
– В нас собран генотип многих людей, – кивнул иной. – Изоляция порождает генетическое однообразие. Чтобы разбавить генотип, создают «клонатов». Мы родились в лаборатории на корабле, после чего были усыновлены нашими родителями.
– Клонатами? – уточнила Сафелия.
– Да, – кивнула иная. – Клонатам разрешено иметь одного кровного ребенка в семье. Других детей они могут усыновлять, но только клонатов.
– Мирен была родным ребенком?
– Нет, – покачала головой иная. – Наш родной ребенок погиб во время инцидента на корабле.
– Какого инцидента?
Оба родителя замолчали.
– Восстания? – Сафелия старалась произнести это как можно более тихо, но не получилось. – Восстания клонатов? – переспросила она.
– Клонатов создавали не только для разнообразия вида, – иной протянул руку и ждал ладонь супруги. – Нас создавали для определенной работы. Моя супруга – портной. Я – механик. При рождении нам был присвоен регистрационный номер, – иной потер рубец на запястье, – и мы могли заниматься только тем, для чего нас создали.
Сафелия кивнула в знак того, что понимает, о чем они говорят.
– Что еще клонатам позволяли делать? – аккуратно спросила она.
– Выбирать одежду, еду… – женщина на глазах поникла и опустила глаза.
– Право голосовать, избираться в органы управления… – Сафелия не спрашивала их, а констатировала, ибо знала, что больше никаких прав у этих людей в другом мире не было. – Все решали за вас?
– Не только это, – прошептала женщина. – За кого замуж выйти, от кого ребенка родить, – она прижала кулак к губам и зажмурилась.
Ее муж молчал. Он старался не смотреть на супругу, как будто испытывал в этот момент чувство вины перед ней…
– Клонаты – это рабы? – Сафелия озвучила вопрос и осеклась.
– Рабам не платят зарплату, – мягко улыбнулась иная. – Клонатам зарплату всегда платили вовремя.
– И вы – восстали…
– Нас разгромили уже спустя два дня, – ответил иной. – Наш сын погиб в той бойне.
– Когда с вас убрали регистрационные номера? – спросила Сафелия.
– За неделю до прибытия сюда. Мы все документы подписали. За разглашение – смертная казнь.
– Значит, я первый человек, которому вы рассказываете об этом? – не поверила собственным ушам Сафелия.
– Да, – кивнула иная. – Чистокровные это тщательно скрывают. Они боятся, что узнай люди в этом мире о том, каким образом мы выживали на своих кораблях, чистокровные в миг лишатся своей власти.
– Чистокровные… – прошептала Сафелия. – Высшие представители? Они сохраняли чистоту рода?
– Да, – иная вновь кивнула. – В их семьях часто рождались больные дети… Ходили слухи, что когда ребенок умирал, в качестве замены семье возвращали здоровый клон с исправленными поломками в геноме. Но это только слухи, – покачала головой иная.
– То есть, чистокровные клонировали собственных погибших детей, но только делали их здоровыми?
– Так наши говорили… – замялся иной.
– А Мирен… Как клонат, кем она должна была работать?
Родители вновь замолчали.
– Кем должна была работать Мирен? – повторила вопрос Сафелия.
– В сфере обслуживания… – произнес иной.
– Какого обслуживания?
– Для чистокровных… – прошептала иная. – Ее сделали похожей на них.
Сафелия вцепилась в кружку с чаем и стала глотать. Допив все до дна, она поставила кружку на стол и выдохнула.
– Если я правильно поняла, чистокровные предпочитали женщин хрупкого телосложения? – набравшись смелости, спросила она.
