– Откуда мне знать? Ты же никогда не называешь его имени.
– В тот день, когда я исчезла… Я ушла на встречу с ним?
Мать жертвы прижала ладони к лицу и заревела.
– Мама, я ушла к нему?
– А-а-а!!! – закричала женщина. – А-а-а!!!
– Этой женщине нужна помощь, – произнесла Роден, закуривая елотку и садясь в машину.
– Им всем нужна помощь, – ответил Зафир.
Стефан молчал.
– Ты знал? – Роден наклонилась вперед и посмотрела на Императора. – Знал, что здесь твориться?
– Я знаю, что среди них есть привилегированные, как в любом обществе. Они называют себя «чистокровными», потому что среди них не принято проводить генетические модификации. Тех, кого усовершенствовали с помощью генетики, называли «клонатами». У них были регистрационные номера. Перед прибытием эти номера удалили, чтобы они лучше прошли интеграцию в наше общество. Меня заверили, что их права никогда не ущемлялись, что они были полноценными членами общества иных.
– Тогда почему эту жертву принуждали заниматься проституцией? – Роден выдохнула дым и откинулась на спинку сидения. – Где твоя охрана? Они должны быть уже здесь!
– Они здесь, – кивнул Стефан.
– Вот, значит, что раскопала Одеялко. Вы пригрели на груди стадо рабовладельцев и закрыли глаза на произвол, что здесь творится. Это – твоя вина! – едва не прокричала Роден.
– Я в курсе, – устало ответил Стефан.
– Надо найти ее мужа и развязать ему язык. С остальными тоже самое. Эстет подложил иным свинью… Не удивлюсь, если он один из этих чистокровных ублюдков.
– Эстет? – переспросил Стефан.
– Наш маньяк, – кивнул Зафир. – Теперь ты склоняешься к теории, что Эстет – иной? – Зафир обернулся к Роден.
– Теперь я точно знаю, что Эстет не ищет легких путей. Нет ничего дерьмовей, чем убийства на сексуальной почве, в которых замешаны политические игры каких-нибудь высокопоставленных уродов.
– А если он, все же, выбрал их случайно? – предположил Стефан.
– Семья Либро мертва. Достаточно веский аргумент в пользу того, что выбор жертв не случаен?
– Нам нужны доказательства, – произнес Стефан. – Без доказательств я ничего не смогу предпринять против элиты иных. Нужны свидетели, готовые дать показания в суде.
– У нас есть как минимум один свидетель, который может дать эти показания.
– Этой женщине никто не поверит, – покачал головой Стефан.
– Она говорит не о ней, – произнес Зафир.
Стефан резко обернулся к Роден и непонимающе на нее взглянул.
– Одеялко – хороший свидетель. Я обучала ее вести допрос. И одно из непреложных правил, которое я вдолбила ей в голову, гласит «веди запись». Уверена, что она записала разговор с семьей Либро. По-другому быть не может.
– Мы должны найти Сафелию.
– Возможно, пока ей лучше остаться в тени, – Роден приоткрыла окно и выбросила елотку. – А тебе стоит вернуться в резиденцию. Дом Либро сгорел. Расскажи Эберроуз о том, что в этом может быть повинен маньяк. Вырази обеспокоенность ходом расследования. Расскажи, что приказал охранять остальных членов семей жертв. Вдруг, маньяк к ним заявится? И еще… – Роден задумалась. – Предоставь мне полное досье на Эберроуз и ее семью. Я хочу знать о них все то же, что знаешь ты.
– Под твою ответственность, – Стефан повернулся лицом к Зафиру. – Предоставь ей все материалы на иных.
Роден прищурилась и с опаской взглянула на Темного.
– Вот скажи мне, когда ты все успеваешь? Работа в бюро должна отнимать все свободное время. Так нет, ты еще и на службу безопасности Олманской Империи пашешь. Глядя на тебя, никогда бы не подумала, что ты такой трудоголик.
– В этом-то и смысл, – Темный взглянул на Роден и улыбнулся ей той самой слащавой улыбкой, от которой дамы, обычно, млели. – Глядя на меня ты ничего конкретного не скажешь.
– Отвратительно, – Роден скорчила гримасу и отвернулась. – Наверняка, Сомери тает при виде этой сладострастной физиономии, – Роден высунула язык и указала пальцем на горло, изображая рвотный спазм.
– Странно, что на тебя не действует, – хмыкнул Темный.
– Действует, – Роден пожала плечами. – Как рвотное средство.
– Если этот Эстет иной, откуда ему знать тебя? – прервал их диалог Стефан. – И какие счеты могут быть у иного с Егерем?
– Самой бы ответить на эти вопросы… – задумчиво произнесла Роден, продолжая смотреть в окно. – Иной он или нет, бьюсь об заклад, что Эстет специально пригласил меня на Олманию.
– Я очень устала, – ныла Роден, повиснув на руке Темного и плетясь за ним по пустому торговому центру.
– Обычно, когда дело доходит до траты денег, у женщин усталость как рукой снимает.
– Ты не с теми женщинами общался, – Роден «застряла» взглядом на витрине с нижним бельем.
– А мы и не общались, – улыбнулся Темный.
Роден проигнорировала реплику и отвернулась от витрины.
– Хорошо, что ты закрыл этот центр от посещений.
– Я знал, что тебе понравится.
– Итак, какой у меня бюджет? – Роден явно оживилась, потому как магазин с ювелирными украшениями становился все ближе.
– Неограничен, – хмыкнул Зафир. – Одно кольцо и только то, что будет в этом магазине.
– То ест заказать нельзя… – пробухтела Роден.
– Нет.
Они вошли внутрь, и молодой консультант тут же поклонился.
