– Он – ее Ученик, Имайджа. А среди ее учеников не бывает тех, кто ни в чем не виноват, – Роден отключила вызов и едва не швырнула браслет в сторону.
Ничего не изменилось. Все идет по плану. Все так, как должно быть.
– Извини, что без приглашения, – Зафир переминался с ноги на ногу на пороге дома сестры.
– Проходи, – она распахнула дверь шире. – Проходи, скоро ужин подадут. Камилли повел Шулин в парк. Они вот-вот должны вернуться.
Зафир вошел в дом, разулся и повесил плащ на вешалку.
– Я не буду ужинать. Так, заехал узнать, как ваши дела…
Назефри склонила голову на бок и улыбнулась брату.
– В отличие от тебя, Зафир, у нас все хорошо.
Он прошел в гостиную и присел на диван. В последний раз он был в этом доме около года назад, когда они праздновали очередной день рождения Назефри.
– У тебя скоро день рождения, – произнес Зафир. – Над подарком от брата уже думала?
– У меня все есть, – улыбнулась она, присаживаясь рядом с ним и беря его за руку.
– Тогда я подарю тебе очередные серьги, которые ты не будешь носить.
Назефри засмеялась и посильнее сжала руку.
– Что случилось, Зафир? О чем ты пришел мне рассказать?
– Она использует меня, – произнес он, отворачиваясь. – Сегодня люди Стефана нашли репортера, который задавал неудобные вопросы на пресс-конференции о прошлом Роден. Он знал слишком много. Знал такое, о чем не догадывался я сам. Я встретился с ним. Знаешь, меня очень трудно обмануть. Но она… Она обманывает меня и раскусить ее я не в состоянии.
– Она обманывает или скрывает что-то? – спросила Назефри. – Знаешь, грань тонкая, но разница есть.
– Этот репортер… В какой-то момент беседы я уловил нечто. Нечто странное. Он напомнил мне ее. Напомнил так сильно… Когда курил, когда затягивался… Это трудно описать словами. По мере того, как он излагал подробности ее жизни, я все больше и больше укреплялся в мысли, что они с ним – родственники. Разрез глаз. Линия бровей. Даже улыбки у них похожи. И хоть оболочка у него – как у обычного суирянина, это ничего не меняло. Его настоящее имя – Имайджа Уилберри. Он – брат Роден.
– Как ты это определил? – напряглась Назефри.
Зафир повернул к ней голову и улыбнулся.
– Пришлось прихватить с собой стакан, из которого он пил. Одна из сотрудников моего отдела любезно провела анализ ДНК со слюны. Имайджа Уилберри числится сотрудником нашего бюро. Официально числится, – добавил Зафир.
– И что это значит? – не поняла Назефри.
– Что ты знаешь о Суе? – спросил ее Зафир. – Что знаешь ты о ней, кроме того, что Сомери – ее Президент? Три года назад Стефан подложил Сомери свинью, объявив о том, что Императоры Навернии и Олмании устроили заговор в результате которого создали пространственное оружие и вступили в контакт с иными. Фуиджи был вынужден подтвердить его слова на Межгалактическом Совете и на нас посыпались вопросы. Мы приютили гостей из другого пространства и оказались втянуты в борьбу за новые технологии. Ради этой борьбы Сомери вышла из тени. Ради этой борьбы она открыла Сую для посещений. Но, изменилось ли что-то? Мы до сих пор ничего не знаем о суирянах. Они все так же изолированы от остальных, хотя доят Вселенную похлеще Доннары.
– Суя – всегда была особенной планетой, – кивнула Назефри. – Первый шаг к налаживаю отношений сделан. Позже мы узнаем больше и о самих суирянах.
– У них есть правящая элита, – прошептал Зафир. – Представлена разношерстными представителями знатных родов. У каждого рода – свои знания и навыки, которые передаются по наследству. Этих родов немного, около двадцати, но живут они обособленно и закрыто. Сомери – одна из их представителей. Знаешь, как между собой они называют ее? – Зафир улыбнулся. – Мастер. Мастера – это профессиональные убийцы, Назефри. Это лучшие Учителя, хранящие знания о тайных суирских техниках ведения боя. Сомери очень сильна. Она никого не боится, думаю, даже Урджина с Эстой. Роден происходит из другого знатного рода. Они называют себя Егерями. Согласно традициям суирян, Егеря охраняют их мир от животных. Они выслеживают и убивают людей, которые преступили черту человечности и уподобились зверям.
– Это многое объясняет, – улыбнулась Назефри.
– Многое, – кивнул Зафир. – Но не все. Зачем брату Роден выдавать себя за репортера и задавать ей неудобные вопросы в присутствии прессы? Зачем подделывать документы и выдавать себя за кого-то еще? Зачем поджидать меня и сливать информацию?
– Она попросила его об этом? – предположила Назефри.
– Уверен, что так. Не удивлюсь, если злополучные фотографии с похорон Учителя тоже сделал ее брат, а потом слил их в сеть и газеты.
– Чтобы ты вынужден был сделать ответный шаг и объявить о помолвке с Роден?
– Хороший план, если она нуждается именно в моем участии, – кивнул Зафир.
– Тогда спроси себя, зачем ты нужен ей? – Назефри наклонилась и заглянула брату в глаза. – Что ей движет?
– Она получит деньги, хотя, деньги ее мало интересуют.
– Деньги интересуют всех, Зафир, – напомнила Назефри.
