Что будет если разозлить зверя? Он впадёт в бешенство. А что будет, если открыта клетка и впереди враг? Игорь Сколов был выпущен из клетки, а врагов у него было много, и настала пора раздавать долги, стирая из истории насквозь прогнившую верхушку правительства Советского Союза.
Думаю, не стоит говорить, что во мне клокотало холодное бешенство после того как судья озвучил приговор. Кстати, странно, что мне вышку не дали в самом справедливом суде на планете. С возможностями отца убитого это было раз плюнуть. Однако как не изворачивался прокурор, но самооборона есть самооборона, тут адвокат постарался. Мне и так дали максимально по этой статье. Слишком много было свидетелей того случая. С другой стороны, как это помешает этим холуям, если им дали команду: Фас? Видно было что-то такое, из-за чего они не переходили черту. Ничего узнаю.
Артистом в данный момент я был так себе, честно сам себе это признаю, но пришлось играть до конца. Плечи после озвучивания приговора опустились, взгляд потух, упёрся в пол, я как-то сгорбился и как только судья закончил слушанье моего дела и озвучил приговор, то приказал конвою вывести меня из зала. Наручники уже были на мне, так что оба конвойных, у меня их было два, взяв меня за руки по обеим сторонам, подхватив под локти, повели из зала через коридор к дверям заднего двора, где стоял автозак, новенький Газ-52. Именно на нём меня и доставили к зданию суда. Машина ещё пахла заводской краской.
Как я уже говорил, слушанье было закрытым. Кроме десятка человек в зале никого не было. Адвокат, с жаром, но безуспешно боровшийся за меня, прокурор, судья, ну и остальные. Однако в зале был мужчина лет пятидесяти которого я не знал, но легко определил кто это. Тот самый отец погибшего, что из ЦК. Слишком взгляд его был переполнен холодной, я бы даже сказал лютой ненавистью, когда он смотрел на меня. Было ещё несколько незнакомых мне человек, вот и всё.
Как только мы вышли из зала, я сказал первому конвойному:
— В туалет хочу.
— Вернёмся в СИЗО, там и сходишь, — буркнул сержант.
— Сейчас напружу в штаны, скажу, ты не пустил.
— Да пусть сходит. Их всех пробивает на нервной почве, — вмешался второй с пустыми погонами.
— Что взводный сказал, когда мы его принимали? — повернулся сержант ко второму конвойному. — Что он особо опасен и на его уловки попадаться нельзя. Пусть прудит.
— Всё, не успели, — захныкал я, почувствовав, что по ногам сначала заструилось горячее, а потом штаны намокли и захолодили.
— Ну вот видишь, и вести не надо, сам всё сделал, — подтолкнул меня сержант. — Марш вперёд!
— Я по — большому хочу, — сделав пару шагов, сообщил я.
— Товарищ сержант, ну давайте его в туалет сводим, вот же дверь, — умоляюще попросил рядовой.
Было видно, что сержант колеблется, ему явно тоже не хотелось нюхать запахи в фургоне автозака. Тем более сейчас самая жара, машину наверняка напекло, и ароматы будут ещё те.
— Ну хорошо, — кивнул он и зачем-то поправил тяжёлую кобуру на боку. — Идём… Смотри у меня, если что огонь сразу на поражение.
До ворот во двор оставалось метров пять, когда конвойные так же страхуя меня, открыли дверь слева по коридору и завели в туалет. По запаху, которую не перебивала даже хлорка, было сразу понятно назначение этого довольно большого помещения оклеенного кафелем. Наручники с меня снимать явно никто не собирался, более того открыв кабину, оба конвоира остались стоять рядом, даже не подумав закрыть дверцу. Всё правильно, так и должно быть.
Рядовой, было видно, молодой парень, недавно служит, не думаю что более года, поэтому он отвернулся, разглядывая потолок и стены, а вот сержант из старослужащих, по виду далеко за тридцать. Зубр ещё тот, вот он с меня взгляда не сводил, да и подчинённого теребил. Явно наставник, или это мне повезло попасться на такого. Одно меня тут радовало, мы одни в закрытом помещении, и в отличие от громилы рядового, сержант был вполне нормального роста. Не такой как я, но именно его форма, мне больше приглянулась.
Как только я опустил штаны до колен, сержант немного расслабился, но всё равно не сводил с меня пристального взгляда. Со спущенными штанами не побегаешь и не подерёшься, однако инструкция. Зря он так, для меня, что со спущенными штанами, что нет, разницы особой не было. В общем, уловив момент, как раз пристраиваясь на очко, видно это был туалет для зеков, я прыгнул к конвоирам. Рядовому хватило одного удара, а вот сержант опытный чертяка, попытался крутануться вокруг своей оси, гася силу удара, но я и таких ловких уделывал. Так что, от первого удара он поплыл, второй его нокаутировал. Причём всё это я проделал левой рукой, так как с помощью правой опускал бессознательную тушку рядового на пол, чтобы тот не произвёл много шума. Наручники я снял, вернее отстегнул с правой руки, так что они бултыхались на левой.
Быстро затащив рядового в кабинку туалета, где я сидел, закрыл его там изнутри, перебрался через верх наружу и с сержантом переместился в соседнюю. Там быстро избавился от наручников и стал сдирать форму с бессознательного тела. На то чтобы переодеться мне понадобилось две минуты. Не нужно говорить про горевшую спичку, я и так побил все рекорды, ведь нужно было эту одежду ещё снять, а это тоже непростое дело.
Открыв кобуру, я достал пистолет и с недоумением его осмотрел.
