Ганс Гейнц Эверс
Египетская невеста
Я видел в свете много чудесного.
Вальтер фон дер Фогельвейде
Искать комнату! Что может быть неприятнее этого занятия? Вверх по лестнице, вниз по лестнице, из одной улицы в другую, всегда одни и те же вопросы и ответы, о боже ты мой!
Я отправился на поиски в десять часов, а теперь было уже три. Разумеется, я устал, как карусельная лошадь.
Однако еще раз наверх - в третий этаж.
- Нельзя ли посмотреть комнату?
- Пожалуйста.
Хозяйка повела меня через темный коридор и открыла дверь.
- Здесь!
Я вошел. Комната была высока, просторна и не очень скудно меблирована. Диван. Письменный стол, кресло-качалка - все как следует!
- А где спальня?
- Дверь налево.
Хозяйка отворила дверь и показала мне помещение. Даже английская кровать. Я был восхищен.
- А цена?
- Шестьдесят марок в месяц.
- Прекрасно! А на рояле у вас играют? Маленькие дети у вас есть?
- Нет, у меня всего только одна дочь. Она замужем в Гамбурге. На рояле тоже никто не играет. Даже внизу.
- Слава Богу, - сказал я, - в таком случае я нанимаю комнату.
- Когда хотите вы переехать?
- Если вам удобно, то сегодня же.
- Конечно, удобно.
Мы снова вошли в первую комнату. В противоположной стене была еще одна дверь.
- Скажите пожалуйста, - спросил я хозяйку, - куда ведет эта дверь?
- Там еще две комнаты.
- Там вы живете?
- Нет, я живу по другую сторону. Комнаты эти сейчас не заняты. Они тоже отдаются жильцам.
Меня вдруг озарило.
- Но те комнаты, надеюсь, имеют отдельный выход в коридор?
- К сожалению, нет... Господин доктор уж должен согласиться на то, чтобы другой жилец проходил через его комнату.
- Что? - вскрикнул я. - Благодарю покорно! Я должен пускать через свою комнату чужих людей? Нечего сказать, прекрасно!
- Итак, вот почему комната была так дешева! Поистине, трогательно. Я едва не лопнул от досады, но так устал от беготни, что даже не мог выбраниться как следует.
- Возьмите, коли так, все четыре комнаты, - предложила хозяйка.
- К чему мне четыре комнаты? - проворчал я. - Черт бы побрал их.
- В это мгновение позвонили. Хозяйка пошла отворять и оставила меня одного.
- Здесь отдаются меблированные комнаты? - услышал я.
- "Ага, еще один!" - подумал я. И я заранее радовался тому, что скажет этот господин в ответ на милое требование хозяйки. Я быстро вошел в комнату направо, дверь в которую оставалась открытою. Это было средней величины помещение, служащее одновременно и спальней, и жильем. Узенькая дверь на противоположной стороне вела в маленькую пустую комнатку скудно освещенную небольшим окном. Это окошечко, как и другие окна этой комнаты, выходило на огромный парк, один из немногих, которые еще сохранились с Берлине...
Я вернулся в первую комнату. Предварительные переговоры были исчерпаны, и новый наниматель должен был сию минуту увидеть обратную сторону медали. Но я ошибся. Не спросив даже о цене, он объявил, что эта комната ему не годится.
- У меня есть еще две другие комнаты, - сказала хозяйкаю
- Не можете ли вы показать мне их?
Хозяйка и новый наниматель вошли в комнату, где был я. Он был мал ростом, в коротком черном сюртуке. Окладистая светлорусая борода и очки. Он имел совершенно бесцветный вид - один из таких людей, мимо которых проходят, не замечая их.
Не обращая на меня никакого внимания, хозяйка показала ему обе комнаты. К большой комнате он не проявлял никакого интереса, но маленькое помещение, наоборот, он осмотрел очень внимательно, и оно, по-видимому, ему весьма понравилось. А когда он заметил, что окна выходят в парк, у него на лице даже выступила довольная улыбка.
- Я хотел бы взять обе эти комнаты, - объявил он.
Хозяйка объявила цену.
- Хорошо! - сказал маленький господин. - Я сегодня же перевезу сюда свои вещи.
Он поклонился и повернулся к выходу.
- А куда выйти?
Хозяйка сделала безнадежную физиономию.
- Вам придется выходить через предыдущую комнату.
- Что? - сказал господин. - У этой комнаты нет отдельного выхода? Я должен всегда ходить по чужой комнате?
- Возьмите в такой случае все четыре комнаты! - простонала хозяйка.
- Но для меня это слишком дорого - четыре комнаты... Господи Боже! Значит, опять приходится начать беганье.
У бедной хозяйки побежали по щекам крупные слезы.
- Я никогда не сдам комнат! - сказала она. - За последние две недели приходило до ста нанимателей: всем им нравились комнаты, но все отказались брать их, потому что глупый архитектор не сделал двери в коридор. Этот господин тоже совсем было уж остался.
Она указала на меня и вытерла глаза фартуком.
- Вы тоже хотели нанять эти комнаты? - спросил меня маленький господин.
- Нет, другие. Но я, конечно, отказался от удовольствия постоянно впускать в комнату посторонних людей. Впрочем, вы можете утешиться: я тоже уже с десяти часов утра в поисках.
Наше короткое собеседование возбудило в хозяйке опять некоторую надежду.
- Господа так хорошо понимают друг друга, - промолвила она, - может быть, господа нашли бы возможным взять четыре комнаты сообща?
- Покорно благодарю! - возразил я.
