— Привет, братишка, — сказал Сэм голосом добряка, — не знал, что ты еще в Лабурге. На похоронах так и не удалось с тобой поболтать. Может, встретимся вечерком, пропустим пару стаканчиков?
Хмыкнул. Оборотень не меняется. Такой же редкостный мудак, как и раньше.
— Нет, я занят.
— Понятно-понятно, я тоже занят. Снимаю швы после того, как ты разбил об мою башку бутылку шампанского, — дружелюбный тон растворился, осталась неприкрытая неприязнь. — Как там моя подружка поживает?
— Без понятия, о ком ты, — решил не идти у него на поводу.
Гаденыш узнал мой запах в клубе. Надо было его еще там добить. Человечество мне бы сказало «Спасибо».
— Я тебе напомню: блондиночка, альбиноска, откликается на Санни… Не знал, что одиночкам разрешили связи с чистокровными. Нужно будет законы у Тайрона уточнить, — пытался на меня давить.
— Я сам у него уточню. И начну, пожалуй, с разрешения нападать на самку чужой стаи. Думаю, он порадуется, нарушению дипломатических отношений с южанами.
Сэм притих.
— У нее же не было метки.
— Тогда нет. Теперь есть. Корвин — вожак южан, принял бедную перепуганную девчонку в свою семью. Тебе спасибо. Если бы не твой выпад, она бы осталась с вами.
— Ты блефуешь, — неуверенно сказал поганец.
— А ты проверь, Сэм, — с вызовом бросил ему.
И снова тишина на том конце.
— Ладно, передавай «Привет» подружке. Будешь рядом — заглядывай.
И бросил трубку, не дожидаясь моего ответа. Я с облегчением вздохнул — чтобы убедиться в моей правоте, Сэму понадобится пару дней. А мне этого времени будет достаточно.
Главное, чтобы это несчастье на тонких ножках опять никуда не влезло.
Посмотрел вверх — на сумеречное небо выкатилась полупрозрачная луна. Теперь понятно, почему всех накрывает. В такие дни звериная натура очень сильная, и все врожденные инстинкты чистокровок обостряются.
Одернул куртку. Оборотни хоть и не мерзнут, как люди, но от осенней непогоды хочется залезть под одеяло с кем-то теплым и приятным на ощупь. Ухмыльнулся. Кажется, я придумал, как скоротать сегодняшний вечер. Санни должно понравиться.
Зашел обратно в здание. Гром выскочил из меня, принюхиваясь и истошно завыл.
Поначалу я не понял, а потом услышал долгий протяжный звук в ответ фантомному оборотню. И выл ему не фантом, а настоящий зверь, нагоняя страху на сотрудников многоэтажного офиса.
Санни! Я выскочил на этаже фирмы, и меня чуть не сбили с ног. Толпа людей кинулась к выходу. Кто-то крикнул «Волк!»
Я пошел на её запах, не замечая никого вокруг. Доселе шумное помещение опустело. Открыл дверь копировальной и застыл: волчица с белоснежной шерстью и глазами цвета океана с упоением грызла шнур принтера. Рычала и мотала головой, вгрызаясь в разорванные провода. Недовольно посмотрела на меня. Замерла. Узнала.
— Санни… – одернул себя, Санни тут нет, лишь ее зверь, – Умка, иди ко мне, моя хорошая.
На морде волчицы появилось осознание. Она посмотрела на меня и со всех ног рванула из комнаты так, что я не успел ее поймать. Пулей выскочила с этажа и помчалась по лестнице. Я побежал за ней. Как мог забыть про новолунье? Она же чистокровная, но совсем молодя. Взрослым особям тяжело контролировать зверя в такие дни, а ей и подавно не справиться. Зато Умка отрывается — вот что значит вырвалась на свободу.
Бежал на всех парах, перепрыгивая через ступеньки, но ее было не догнать. Она выскочила из главного выхода и побежала по улице. Промчалась на красный свет — две машины, резко с визгом тормозов остановились, едва не столкнувшись. Волчица заскочила в китайский ресторан, откуда россыпью побежали посетители. Я вошел за ней и увидел перевернутые столы и прятавшегося за баром повара.
— Где волк?
— Побежал в кухню, — прошептал он.
Открыл дверь — все было верх дном. На плите сгорела еда, и воздух был наполнен паром, продукты разбросаны по полу. Умки не было, зато была открыта настежь дверь черного хода. Выбежал на улицу — и на меня нахлынули городские звуки. С обеих сторон выход на главный проспект. Санни может быть где угодно. Я ее потерял.
— Вот же гадство, — взъерошил пальцами волосы.
Нужно срочно придумать способ разыскать ее, и чтобы это прошло мимо глаз местной семьи оборотней.
Шорох со стороны контейнерных баков привлек внимание. Сильный удар о бортик изнутри. Железная заржавевшая крышка плотно закрыта.
Подошел ближе. Вонь стояла адская. Делая редкие вдохи, открыл крышку — испачканная Умка лежала на горе пищевых отбросов и с удовольствием грызла кости. Увидев меня, зло зарычала, не желая делиться добычей.
— Да ты еще и гурманка. Любишь китайскую кухню?.. — В ответ снова рычание и довольное причмокивание. — А с виду была приличная, и на тебе — лазит по помойкам.
Снял ремень и проделал в нем дырку. Накинул на Умку и потянул к машине. Она вырывалась и не хотела идти — легла на землю и сделала вид, что умерла. Я проволок ее с метр и сдался, взял на руки и понес. А она словно этого и ждала.
Прохожие с опаской посматривали на меня. А возле пешеходного перехода шестилетний мальчуган показал на меня пальцем с криками:
— Мама, смотри, это волк!
Женщина его отдернула.
