— Миша, все в порядке? — запястья коснулись пальчики с наманикюренными ноготками, и я только сейчас заметил, что сжимаю тканевую салфетку.
— Да, Инга. Приятного аппетита, — вытянул руку из-под её пальцев и снова нашёл взглядом свою соседку.
Возникло желание подойти к ней и оттащить её в ближайшую подсобку, наказать за то, что свалила ночью. Уже откладываю приборы, намереваясь встать, но останавливаю себя. Не хочу устраивать разборки с её суженым, если он вдруг явится в неподходящий момент. А руки продолжают зудеть, так хочется её в свои объятия, чтобы стонала громко и шептала моё имя.
Замечает меня, испуганно охает, прикрыв ладошкой рот, а я ехидно улыбаюсь ей. Отворачивается от меня и начинает оглядываться. Боится? Конечно, боится. Я бы убил её, будь она моей женой, вытворяющей подобное с кем-то на стороне.
Когда вижу, что к столику Оли направляется пара, походящая на её родителей, чувствую, как расслабляются мышцы и слабеет напряжение во всем теле. Натянуто улыбается, обнимая каждого из них.
Инга за моим столом о чем-то весело щебечет, пытаясь привлечь моё внимание, но меня больше интересует не моя спутница, а та, которая робко отвечает на вопросы женщины и кидает на меня настороженные взгляды.
Сделав заказ, она извиняется и встаёт из-за стола. И тут я не выдерживаю, подскакиваю, как ошпаренный, и, не говоря ни слова, отправляюсь следом за ней в сторону туалетов.
Скрывается за дверью, и, если бы не женщина, вошедшая следом за ней, я моментально оказался бы в женском туалете. Решаю дождаться её снаружи.
Выходит минут через пять, которые кажутся мне вечностью. Официанты два раза уже подходили уточнить, все ли у меня в норме и не нужна ли помощь.
— Наконец-то, — хватаю её за локоть и тащу в сторону, открываю первую попавшуюся дверь, захожу внутрь, уволакивая девчонку за собой.
— Миша? — испуганно вскидывает брови, — Ты что творишь? — шипит, приходя понемногу в себя.
— Здороваюсь, — усмехаюсь в ответ, прижимая её своим телом к стене. — Соскучился, — непроизвольно вырывается, и я шумно вдыхаю её будоражащий мои рецепторы запах, смешанный с ароматом свежего парфюма.
Кладёт руки на мои плечи, пытаясь то ли оттолкнуть, то ли наоборот прижаться крепче. Провожу языком по бархатистой коже её шеи, и Оля расслабляется.
— Меня ждут, тебя, между прочим, тоже, — предпринимает последнюю попытку остановить меня, но я делаю вид, что не слышу её, задираю платье, оглаживая бёдра.
— Миш, — произносит моё имя своим сексуальным голосом, от чего у меня полностью съезжает крыша. Целую её сладкие губы, такие мягкие и приятные на вкус.
Стягиваю с плеч бретельки платья, оголяя грудь. Накрываю упругие небольшие холмики с розовыми сосками своими ладонями, и она откликается на мои касания.
— Ммм, — стонет, перебирая пальчиками ткань моей рубашки. Наклоняюсь и хватаю губами сосок, обвожу его кончиком языка и наблюдаю за тем, как прикусывает нижнюю губу и смотрит на меня из-под опущенных ресниц.
— Хочу тебя, — шепчу ей в приоткрытые влажные губы, выпрямившись.
Её пальцы опускаются на готовую треснуть от напряжения ширинку, я не мешаю, позволяя перенять инициативу. Следит за моей реакцией, стягивая брюки и обхватывая меня аккуратно рукой. Надолго меня не хватает, прерываю ласки и, подхватив ее бёдра, прижимаю к стене, Оля крепко цепляется за шею.
Дыхание сбивается у обоих, когда, отодвинув трусики в сторону, вхожу в неё. Она стискивает воротник рубашки зубами, пытаясь сдержать рвущийся стон. А я не могу больше ждать, начинаю двигаться в ней, увеличивая скорость, в то же время следя за тем, чтобы она не сильно билась спиной о холодную стену.
— Миша, — всхлипывает и, несколько раз дернувшись в моих руках, затихает. А мне будто только это и было нужно, вхожу в неё максимально глубоко прежде, чем получаю такую необходимую разрядку.
Пару минут продолжаем стоять в той же позе, не двигаясь, а потом, словно по щелчку, Оля спрыгивает на пол, отталкивает меня и начинает поправлять свою одежду.
Только сейчас позволяю себе осмотреть помещение, в котором мы оказались. Похоже на комнату матери и ребёнка. Привожу себя в порядок в считанные секунды и устремляю ленивый, но сытый взгляд на девушку через зеркало. Её спина напряжёна, движения рваные и нервные, глаза горят, а губы сжаты в тонкую линию.
— Ты в порядке? — нарушаю звенящую тишину и ловлю её взгляд в зеркале.
— В порядке, — тут же отворачивается, продолжая мокрыми руками укладывать волосы.
— Помочь? — лениво интересуюсь, наперёд зная её ответ, и она не подводит, вскидывает вверх подбородок и, не глядя на меня, бросает:
— Справлюсь. Можешь быть свободен.
Не тороплюсь отвечать, медленно подхожу сзади, обнимаю её, касаясь ладонью упрямого подбородка и поворачивая её лицо к себе, на удивление, она не сопротивляется, целую в губы, на этот раз нежно, смакуя вкус, и, резко прервав чувственный поцелуй и не говоря больше ни слова, оставляю её одну.
Глава 8
