— Я это знаю наверняка. Верные люди сказали, что приказ уже подписан, и не сегодня завтра ловчий должен прибыть в Корнуи.
— Ловчий? — Дениза испуганно посмотрела на герцога. — Но ведь они не думают… О, уверяю, это был просто несчастный случай!
— Разумеется. — Руперт подошел к невесте. — Не волнуйся, это лишь формальность.
— Да, конечно, — пробормотала девушка, опуская голову.
Остаток дня Дениза просидела как на иголках. Несколько раз она ловила на себе вопросительный взгляд Руперта, но каждый раз ободряюще улыбалась ему. Улучив момент, виконтесса извинилась и поднялась к себе в комнату.
К ужину она не вышла, сославшись на головную боль. Впрочем, голова действительно разболелась.
Молли принесла в комнату чай и лавандовую воду, протереть виски, но от резкого запаха стало еще хуже. Отпустив горничную, Дениза легла в постель. Тори пробрался в комнату и привычно свернулся калачиком на краю кровати. Девушка даже обрадовалась стражу, надеясь, что тревоги улягутся, но сон все не шел.
Вопросы так и крутились в голове, оставаясь без ответа. Пряха, незнакомка с пустоши, древняя реликвия и, наконец, перчатки, которые Руперт потерял накануне бала, сменяли друг друга, а потом темнота поглотила все.
Похороны состоялись на следующий день. Руперт решил не затягивать с этим, поскольку никто из родственников все равно не приехал, ограничившись телеграммами, — их привез камердинер лорда Сен-Клера.
Он появился вместе с экипажем, специально нанятым Рупертом для того, чтобы ехать в церковь. Перепоручив лошадей конюху, камердинер вошел в дом, в холле которого собрались уже все обитатели поместья.
Клиффорд почтительно поздоровался с Денизой, выразив приличествующие событию соболезнования, чуть более душевно — с леди Сен-Клер и, окинув безразличным взглядом слуг, повернулся к хозяину.
— Все готово, милорд, — почти отрапортовал он, вытягиваясь в струнку при виде герцога Каррингтона.
Его светлость кивнул, отдавая команду «вольно».
— Рад это слышать, Клифф! — между тем отозвался Руперт. — Надеюсь, ты привез мои перчатки?
Дениза вздрогнула и тут же укорила себя за это, следовало быть более сдержанной.
— Да, сэр, конечно! — Спохватившись, слуга достал небольшой плоский пакет: — Как и просили, сэр, черные.
Лорд Сен-Клер, разорвав обертку, достал довольно грубые перчатки из черной кожи, надел и поморщился.
— Простите, сэр, это лучшее, что нашлось в Реддинге, — виновато произнес камердинер, совершенно верно истолковав гримасу хозяина.
— Бог с ними, я не собираюсь носить их! — Руперт насколько раз согнул и разогнул пальцы. — Думаю, на один раз сойдет.
— Я также получил письмо на ваше имя, сэр!
— Так что же ты молчал! — Лорд Сен-Клер торопливо схватил протянутый ему конверт, сломал печать и быстро пробежался глазами по строчкам, после чего, явно довольный, спрятал конверт в карман сюртука. — Я так и думал. Поехали! Не стоит заставлять лошадей стоять под окнами!
Он протянул руку Денизе, предоставив герцогу Каррингтону сопровождать вдовствующую леди Сен-Клер. Вчетвером они сели в экипаж, камердинер, исполняя обязанности кучера, вскочил на козлы, и карета тронулась. Из окна Дениза видела, как слуги, споря и толкаясь, садятся в другую карету, которую им милостиво предоставил лорд Сен-Клер.
Путь не занял много времени, и вскоре они выходили у крыльца деревенской церкви, где их уже ждал священник. Невысокий, склонный к полноте, с которой пытался бороться всю жизнь, он был облачен в свою самую новую сутану.
— Миледи, милорды, позвольте выразить вам свои соболезнования, — произнес он проникновенным тоном. — Смерть виконта — невосполнимая утрата для прихода.
— Только не говорите, что Энтони расщедривался на пожертвования, — прошептала леди Сен-Клер своему спутнику, пока они шли, чтобы занять места на скамье.
Она говорила достаточно громко. Руперт, по праву наследника усопшего идущий рядом с Денизой, обернулся, с укором смотря на мать.
— Осторожнее, дорогая, тебя могут услышать те, кому эти слова не предназначены, — предупредил Каррингтон.
Леди Сен-Клер лишь хмыкнула, но больше ничего не сказала, признавая правоту герцога.
Дениза полагала, что похороны пройдут очень скромно, но, к ее удивлению, свободных скамей не было. Помимо крестьян из соседних деревень здесь были и представители местного дворянства, которые присутствовали на злополучном балу. На одной из скамей девушка заметила Граффалдов и невольно смутилась.
— Ощущение, что здесь собралось все графство, — тихо сказала она Руперту.
Он с явным безразличием посмотрел по сторонам:
— Да? Наверное, боятся пропустить финал спектакля. К тому же редко кому из них представится возможность еще раз поглазеть на самого Каррингтона.
Дениза вздохнула. Она даже порадовалась, что из-за переживаний провела бессонную ночь и теперь, одетая во все черное, выглядела так, словно действительно скорбела по мужу.
Пройдя к первому ряду, Руперт с герцогом подождали, пока дамы сядут, а потом заняли места по обе стороны, словно показывая, что обе женщины находятся под защитой.
