Он встает и подходит ко мне, останавливаясь всего в паре сантиметров от моего лица. Но не прикасается. Медленно и тихо он проходится вокруг меня. Я чувствую его взгляд на своем теле – его глаза повсюду, будто он сканирует меня. Я прикусываю губу, чтобы подавить хныканье, которое ускользает из моего рта, пока я жду его вердикта.
Я чувствую его позади себя, его горячее дыхание струится по моей шее и уху.
- Это что? – шепчет он.
- Эм… - бормочу я, не понимая, о чем он.
- Этот наряд, - рычит он мне в ухо. Он сердится, его тон низкий, а голос сдержанный. – Чем, по-твоему, ты занимаешься?
- Я не понимаю.
Я не понимаю многих вещей. Ничего не смыслю в одежде, не знаю, что делаю здесь в его кабинете.
Из него вырывается смех, который звучит как низкий гул, смешанный с рычанием. Звук вибрирует рядом с моим ухом, посылая мурашки по коже. Когда я дрожу от этого ощущения, он громко выдыхает, заставляя меня задрожать еще больше, в тот момент, когда жар его дыхания достигает меня.
Если бы он только прикоснулся ко мне. Слегка, только кончиком своего пальца к моей коже…
Я закрываю глаза.
Ожидая. Желая.
- Не понимаешь? – спрашивает он. – Думаю, ты лжешь мне, Пьюрити.
- Но я не вру…
- Я думаю, ты точно понимала, что делала, вальсируя в аудитории, одетая в эту короткую маленькую юбку, едва прикрывающую твою задницу.
- Ничего не понимаю…
- Ты специально пыталась отвлечь парней во время занятий, девочка? – спрашивает он. – Это то, что ты пыталась сделать? В моем классе? Прямо передо мной?
- Нет, я … - паника вцепляется в мое горло, а чувство вины вспыхивает во мне при воспоминании о том, что Рэндольф пригласил меня на вечеринку. Я пытаюсь развернуться, чтобы все объяснить. Мистер Гейб должен знать, что я не флиртовала с Рэндольфом. Я даже не хочу идти на эту дурацкую вечеринку. – Я не…
Он хватает меня за запястье.
- Не смей поворачиваться, - рычит он. – Стой на месте.
Я задерживаю дыхание.
- Отвлечь парней и меня этой маленькой юбкой. Эту цель ты преследовала, не так ли?
Прохладный воздух касается моего зада, и я понимаю, что мистер Гейб приподнял юбку. Мое сердце бьется миллионом ударов в секунду, пока я стою и жду от него дальнейших действий. У меня кружится голова, и я так напугана и возбуждена, что не могу трезво мыслить.
Единственная мысль в моей голове о том, что мистер Гейб только что задрал мою юбку. Он видит мой зад.
И сразу же, как только он поднимает юбку, он тут же резко отпускает ее. Я глубоко вздыхаю, разочарование мчится сквозь меня. Он даже не тронул меня, ни пальцем.
Его губы у моего уха.
- Ты отвлекала меня этой маленькой юбкой, - ругается он.
- Может быть, и да, - прерываю я, до слез разочарованная. – А может быть, это я хотела отвлечься в вашем классе. Или, возможно, мне хотелось, чтобы вы с трудом смотрели на меня, как тогда в вашем кабинете.
- Какой у тебя маленький грязный ротик, - произносит он лукаво. – Жаль, что такая хорошая девочка говорит такие грязные вещи.
-
- Сэр, - резко горит он.
- Что?
- Я уже говорила вам, что я не маленькая девочка, сэр.
- Сэр, - скорее стон, чем нормальное слово. Почему то, как я называю его, еще больше возбуждает меня?
- Уже лучше, - рычит он. – А теперь скажи мне, как ты думаешь, должен ли я наказать грязную маленькую девочку за то, что она очень сильно пыталась отвлечь своего профессора во время занятия?
Я хнычу.
Мои ноги слабеют в коленях при мысли о каком-либо наказании от мистера Гейба.
Я сильно закусываю губу, пытаясь не заплакать от тоски, потому что он стоит позади меня. Он достаточно близко для того, чтобы провести рукой по моим бедрам, скользнуть между моими ногами, и, используя свои пальцы, избавить меня от моих страданий, но он этого не делает. Думаю, ему нравится мучить меня. Думаю, он может специально связать меня и даже пальцем не тронуть, чтобы довести меня до агонии.
Прямо сейчас я ненавижу его. Больше всего на свете.
- У меня нет целого дня для этого, девочка, - говорит он. – Как думаешь, как мне следует наказать тебя?
- Откуда мне знать? – отгрызаюсь я. Моя наглость застает меня врасплох, и я добавляю: «Сэр», как будто это сделает мой ответ более уважительным.
Я чувствую, как он отходит от меня, и мне хочется заплакать, но вместо этого я тихо стону. Он вообще не собирается меня трогать. Мое наказание – его игнорирование.
Я больше не могу терпеть такое наказание.
С его стороны очень жестоко довести меня до края, заставить хотеть его, а потом просто уйти.
Я жду, когда он откроет дверь и прикажет мне уйти. Снова.
Но вместо этого он обходит свой стол и, открывая ящик, достает оттуда чистый лист бумаги и ручку. Он смотрит на меня, медленно снимая колпачок с ручки. Затем он скользит бумагой и ручкой по столу, кладя их передо мной.
Он заставит меня писать?
Не говоря ни слова, он обходит стол и встает позади меня. Я чувствую его присутствие. Волосы на моей шее встают дыбом, и когда он шепчет мне на ухо, я дрожу.
- Наклонись и положи руки на чертов стол.
