— Это великий чародей Ньер и его слуга Таро, — спокойно промолвил Велеслав, изо всех сил взывая к старым богам, дабы те вразумили соседушку и превратили его из дубовой колоды в человека мыслящего.
— Но… как же… — теперь уже казалось, что лицо Берислава слегка позеленело.
— Я понимаю, ты удивлен, князь. Но я ведь предупреждал, что обо всем позаботился.
Заручившись поддержкой величайшего чародея Ньера, мы без труда возьмем замок госпожи.
И что есть сил сжал руку Берислава. Она оказалась холодна как лед.
«Тьфу, да что с ним?»
— Кстати, многоуважаемый и божественный Ньер, не мог бы ты продемонстрировать, на что способен?
Чародей передернул плечами, зыркнул зло на своего слугу.
— Ты не уверен в моем могуществе, жалкий смертный?
— Бесспорно, оно велико. Но именно поэтому я и прошу показать, как именно ты используешь свою силу. Исключительно, чтобы скоординировать взятие замка.
А сам подумал — ну, давай, покажи, что умеешь.
Письма писать, это, конечно, хорошо. Но если у тебя ум за разум зашел, где гарантия, что ты не придумал свое собственное могущество?
— Зимий! Зи-мий!
— Слушаюсь, княже.
Верный Зимий выскользнул из густой тени аккурат за спиной Ньера, что было хорошо и правильно на тот случай, если понадобится полоснуть по горлу нового бога.
— Есть у нас кто наказанный в подвалах?
— Есть, как же. Все имеется, — отвечал Зимий с глубоким поклоном.
— Веди сюда.
Велеслав потер ладони одна о другую. Чародей и его слуга все так же, почти неподвижно сидели за столом. Берислав переминался с ноги на ногу и неотрывно пялился на слугу с таким видом, словно увидел самого Хенеша, вылезшего прямо посреди терема. Слуга спокойно взирал на Берислава и как будто не понимал, откуда к его скромной персоне столько внимания.
«Любопытно, — подумал Велеслав, — надо будет расспросить моего дорогого соседушку, что это за блажь на него нашла».
Но внутреннее чутье, которое редко когда подводило Велеслава, нашептывало о том, что прямо здесь завязывается тугим узлом интересная интрига.
Это быстрее гнало кровь по жилам. Даже лучше, чем обладание Златой. И куда лучше, чем обладание дворовыми девками, кои в постели были как бревна.
Тем временем дверь распахнулась, и в трапезную широким шагом вошел Зимий. Он тащил за шиворот связанного по рукам и ногам мужика. Велеслав прищурился: в заключенном он узнал известного воришку, помышлявшего на базарной площади.
Заключение в подвалах не пошло ему на пользу: был он совершенно оборван, бледен и трясся как осиновый лист. Только глубоко посаженные глазки хитро поблескивали сквозь сальные лохмы.
— Вот, — сказал Велеслав, — поймали вора. Его ловили не единожды, и каждый раз, получив положенное количество плетей, он возвращался к своему ремеслу. Раньше его отдали бы Госпоже, но она больше не пьет кровь. Посему, Ньер, я прошу показать, как ты можешь воздействовать на человека, чтобы он отправился к Хенешу.
Ньер тяжело поднялся из-за стола, скинул шубу на скамью. В кафтане иноземного покроя Ньер был строен и плечист, словно мужчина, только что вступивший в пору зрелости.
«Девки точно по нему сохли бы», — мысли крутились в голове неторопливо и размеренно, — «а может и дать ему девок на ночь? Задобрить нового бога»…
Велеслав невольно улыбнулся. Будет смешно, если этот Ньер все о себе выдумал. Тогда точно — ножом по горлу — и прикопать тихо.
Чародей развел руки в стороны, затем ладонью прочертил перед собой по воздуху косой крест.
На миг Велеслав даже усомнился в том, что Ньер что-то сделает.
Но уже через мгновение лежащий на полу мужик страшно захрипел, забился в судорогах.
Горлом хлынула кровь, да так, что забрызгала Бериславу сапоги.
А Велеслав, глядя, как выгибается, сучит ногами умирающий воришка, внезапно ощутил прилив энергии. Головную боль как рукой сняло.
Теперь они могли смело идти штурмовать замок Лорин.
Ну, а если Ньер хочет быть богом — что ж, пусть побудет, не жалко.
Велеслав не был бы собой, если бы не затянул Берислава в пустой кабинет.
— Какого Хенеша ты творишь? — возмутился было соседушка, но осекся, едва взглянув в лицо Велеслава.
— Нет, это какого Хенеша ты творишь? — зло прошипел ему в лицо, — почему ведешь себя, как неотесанный чурбан? Почему, вместо того, чтобы приветствовать столь ценных для меня… для нас обоих гостей, изображаешь слабоумного? Или я в тебе ошибся, и ты такой и есть?
Широченные плечи Берислава поникли. Он молча подвинул себе стул и сел, уронил лицо в ладони. Велеслав изумленно всплеснул руками.
— Да что это с тобой, сосед?
Князь молчал, едва заметно раскачиваясь из стороны в сторону. Потом глянул исподлобья — у Велеслава от этого взгляда мороз по коже пошел. Он еще никогда не видел Берислава настолько испуганным. Тут же взял себя в руки. Что бы там ни было, на нем — Защита Крови, и ни оружие, ни чародейство, ни яд ему не страшны.
— Говори, — приказал коротко, и сам присел на стул.
— Это проклятье, я навлек на себя проклятье, — прошептал Берислав и оглянулся, как будто боялся увидеть кого-то за спиной.
— Продолжай.
