Подъехали к местной гостинице и припарковали машину рядом со зданием. Только вышли, как я увидела высокого стройного темноволосого мужчину с темно-голубыми глазами, который при знакомстве представился Охотником, и еще Беркута, коренастого брюнета с татуировкой на лице в виде птицы. Устрашающе. Никогда не понимала, когда вот так себя уродовали. Но кто я такая, чтобы судить? У всех вкусы разные. Мужчины загадочно посмотрели на меня и, поприветствовав, отдали ключ от номера. Олег показал рукой на гостиницу и попросил, чтобы заходила, он останется, но потом зайдет.
Лишь сильнее сжала ключ и побрела к зданию. Чувствовала взгляд мужчин, а именного своего, провожающего до того момента, пока за мной не закрылась дверь. Они остались на улице, а я, осознавая, что лучше не лезть, направилась в свой номер, рассчитывая найти его без помощи, так как сомневалась, что тут можно потеряться.
Оказавшись напротив своего номера, открыла дверь и вошла внутрь. Комната была обустроена очень скромно по сравнению со всеми, где мы снимали, но другого не ожидала. Чисто, есть кровать и душевая комната, а остальное неважно.
Подошла к окну, но поняла, что выход — на частные дома, а именно сад. Жаль… Хотелось знать, о чем говорит Медведев с друзьями, но не судьба. Да и куда мне лезть, если я в этом не понимаю? Тем более Олег сразу уточнил этот момент, предупредив, что оставит меня здесь, пока они будут решат мой вопрос.
Нужная деревня находилась в десяти километрах от района. Поэтому я очень надеялась, что скоро все решиться.
Не находила себе места. Переживала, отчего отчаянно дергала свою блузку, сминая ткань. Через время села на кровать и стала ожидать, в надежде, что разговор закончится как можно быстрее.
Когда услышала шаги, поднялась с кровати и стала ждать. Чувствовала, что это Медведев. Дверь открылась и увидела Олега. Огромный мужчина внимательно посмотрел на меня, а потом уверенно направился ко мне и, дернув за руку к себе, накинулся на губы в безумном, дурманящем поцелуе.
Плавилась. Сходила с ума. Горела от его страсти вместе с ним.
Когда оторвались, он схватил мое лицо двумя ладонями и с жадностью просканировав, остановившись на губах, выдохнул:
— Ты остаешься здесь. Никуда, слышишь, никуда не уходишь! Ужин я тебе заказал. Телевизор есть. Уверен, что-нибудь да интересное нащелкаешь.
— Но… — проговорила, желая вновь попросить, чтобы взял с собой. Вдруг им понадобится моя помощь с Аленкой.
— Ир, я не знаю, что там будет. Может, приедем, и ребенка там не будет, а может, там, и тогда заберем. Ты понимаешь, о чем я?
— Да.
— И если второй вариант, я хочу, чтобы, когда я привез ее сюда, ты сразу успокоила ребенка, и я не искал тебя непонятно где.
— Да, я буду здесь, — пообещала, надеясь, что все так и будет.
— Вот и отлично, — сказал и провел пальцами по щеке.
Резко оборвал пальцы и уверенно направился к двери. Когда взялся ладонью за ручку, бросилась за ним, дернув за плечо, громко выкрикивая:
— Пожалуйста, будь осторожен.
Медведев кивнул, а потом притянул к себе, нежно целуя в губы, хрипло обещая:
— Со мной все будет хорошо.
— Надеюсь, — выдохнула ему в губы.
Еще несколько секунд стояли, прижимаясь друг к другу, наслаждаясь теплом, а потом он вышел из номера, оставив меня одну. Некоторое время не могла двигаться, но все же нашла силы и медленно поковыляла до кровати. Села и, увидев пульт, включила телевизор. Нужно ведь как-то отвлечься, сделать что-то, чтобы не нагнетать себя еще больше. Переключив на мелодраму, заставила себя смотреть, периодически улавливая, что совсем не слушаю. Будто заставка. Поднялась и подошла к окну.
В саду бегали две девочки, играя в догонялки. Примерного одного возраста — пять лет. Рядом сидела на табурете полная женщина в халате и перебирала ягоду на столе. Она периодически посматривала на них, изредка что-то ворча, когда забегали на грядки, но когда они не видели, улыбалась, с нежностью наблюдая за своими детьми. Счастливая мама.
Вздохнула и обняла себя за талию, сжимая до боли.
На улице похолодало. Комары то и дело летали у лобового стекла, вновь и вновь пытаясь проникнуть внутрь машины. Мария не обращала на них внимания. Она сидела в салоне, напряженно поглядывая на деревья, оглядываясь назад, где вдалеке виднелся двухэтажный дом из белого кирпича с высоким забором. Маша пряталась здесь в деревьях лесопосадки, переживая за свою дочь. Ферзь ушел и сказал, что вернет ее девочку. Он обещал. А она…
Молодая женщина закрыла глаза, с ужасом вспоминая прошедшие дни. Еще никогда так себя погано не чувствовала, ведь за это время она себя вероятно полностью замарала. Еще бы… Мужчина словно голодный брал то, что она ему позволила. И пусть она ненавидела себя, но не жалела. Никто бы ей не помог. Она знала. А этот мужчина — он совсем другой — безжалостный, свирепый, который знает, чего хочет и целенаправленно идет к своей цели.