– Что прям так официально? – охнула я, рассматривая мужа при полном параде, как будто мы не в гостиной собственного дома ужинать собираемся, а как минимум в роскошном ресторане.
– Так надо, – улыбнулся Нагорный, захватывая меня в кольцо рук. – Считай первый семейный ужин, событие такое. Важное.
– Да уж, мы какие-то неправильные муж и жена, сначала поженились, а потом церемонии соблюдать начали, – хохотнула я, пробегая пальчиками по улыбающимся губам любимого мужчины.
– Сожалеешь, что так поспешно выскочила замуж?
– Что? – удивленно взлетели мои брови. – Нет, конечно! Даже не представляю, как у нас могло бы все быть по-другому! Эти долгие хороводы вокруг да около, притирания, устройство быта, поочередные знакомства со всеми родственниками… сколько бы времени было потеряно впустую, ой, нет! – искренне охнула я, стоило только представить “масштаб” реальных ухаживаний Нагорного за мной, а главное, время, которое было бы на метания затрачено.
Другое дело: увидел – полюбил – забрал. Все. Моя! Никаких тебе метаний и сомнений: быстро и решительно.
Последнее, видимо, я озвучила вслух, Демьян рассмеялся, отстраняясь:
– Это была моя стратегия.
– Ну-ну. Та-а-ак, что вы там с Никой шушукаетесь, расскажешь?
Я прямо почувствовала, что вот он, тот самый момент, чтобы выпытать, что эти двое задумали, но… в дверь позвонили. И вместо ответов на мои накопившиеся вопросы мне достался только поцелуй в губы и тихое:
– Узнаешь. Рано или поздно точно.
– И снова загадки! Эй! Так не честно! – возмутилась я, но кто же станет меня слушать? Демьян, подхватив меня под руку потащил встречать гостей, которые уже дружной галдящей гурьбой топтались на пороге.
И тут наш чертенок нас опередила, деда с бабушкой заобнимала, Светке с Ромкой отвесила кучу комплиментов, а у Сергея просто повисла на шее, как маленькая обезьянка. Мы с Демьяном наблюдали за всеми слегка со стороны, и я с удивлением поймала себя на том, что без остановки улыбаюсь.
Когда первые приветственные церемонии прошли, мужчины дружно потянулись на улицу. Что уж их там привлекло, я не знала, но мы своим женским квартетом оказались снова на кухне. Оставалось унести еще пару блюд с нарезкой, и можно было садиться ужинать.
Света с Никой бегали в качестве “принеси-подай”, а мы с Фло занялись овощами, и в данный момент на кухне остались одни. Где-то наши “принеси-подай” запропастились. Тогда-то я и не выдержала, решила задать вопрос, который вот уже почти год волновал мою душу:
– Почему вы мне тогда помогли, Флоренция?
– Что? – мама Демьяна, кажется, растерялась. Взгляд на меня подняла удивленный.
– С переездом в США. Визой, работой… почему?
– Ты же знаешь, меня попросила твоя бабушка, дорогая, – как бы невзначай отмахнулась Фло, возвращаясь к мясному рулету.
Но я-то видела, чувствовала, что это еще не все.
– И все-таки?
– Не отстанешь, да? – ухмыльнулась Фло.
Я решительно головой закивала. Когда мне еще представится такой момент – поймать эту неуловимую женщину и остаться с ней один на один? Тем более сейчас, когда (Демьян сказал мне по секрету) у них с Романом вновь завязались отношения. Пока еще ничего серьезного, но я больше чем уверена, моргнуть не успеем, бывшие муж и жена снова станут счастливыми молодоженами!
– Демьяну я как-то сказала, чтобы позлить его отца.
– Может быть, это и была одна из причин, но точно не основная, – улыбнулась я.
Флоренция вздохнула, посерьезнела и, отложив нож, подошла ко мне, за руки беря. Задумчиво пальцы мои своими перебирая, сказала:
– Знаешь, деточка, так бывает, что вроде ничего двух людей и не связывает. И вообще человека ты видел пару раз и знаешь плохо, а душой чувствуешь, что вот оно твое, понимаешь?
Я кивнула.
– В теории. На практике же я теряюсь в догадках, какое отношение это имеет к моему вопросу? – осторожно заметила я.
– Знакома я была с твоей мамой, Анфиса, – улыбнулась мама Демьяна мягко, а вокруг ее глаз морщинки-лучики потянулись, делая эту невозможную женщину как минимум на десяток лет моложе.
– Да? – выдохнула я удивленно. – Правда? Я не знала… – вот чего-чего, а такого ответа я точно не ожидала. Даже растерялась на долгое мгновение, задумчиво, будто впервые вижу, разглядывая открытое и добродушное лицо сыгравшей такую важную роль в моей жизни женщины.
– Правда. Хоть и не так хорошо, как мне того хотелось бы. Узнать получше Валентину Ветрову я не успела, но… она была потрясающей женщиной! Ты очень сильно на нее похожа, малышка. Такая же решительная, мудрая и при этом бойкая, жизнерадостная, что от одного твоего присутствия рядом на душе, – приложила ладонь к сердцу Флоренция, – теплее становится.
В моем горле встал ком. И никак не желал проглатываться. А глаза уже не просто защипало, они увлажнились. Первая одинокая слезинка бойко покатилась по моей щеке. Будучи тут же пойманной заботливой рукой Флоренции.
– Ну-ну, нельзя плакать, что ты!
– А вот и можно! – возмутилась тихо я, от души хлюпнув носом. Мадам Нагорная, хохотнула, обнимая меня за плечи и целуя в лоб, так, как каждое утро я целую свою Нику, провожая в садик. По-матерински нежно и крепко.